Темная королева. Их шанс на любовь

Величественно придерживая шелковый поводок Скела (дань этикету, не более, ведь мой волк в поводке не нуждался), я прошла сквозь радушное марево вслед за мужьями, предусмотрительно оттеснившими меня себе за спины.

Даркан, который пошел первым, уже успел успокоить драконьих стражей и меня те встречали уже стоя на коленях и почтительно опустив головы. Как никак, я являлась супругой их бывшего императора, членом императорской семьи.

Когда сопровождавшие нас слуги Ставроса вернулись обратно в портал и тот схлопнулся за моей спиной, стражи грациозно, одним слитным движением поднялись на ноги, хлопнули себя кулаком по груди и в один голос громко проорали:

— Долгих лет жизни принцу Даркану! Долгих лет жизни принцессе Василене!

Вот так из свергнутой королевы я переквалифицировалась в принцессу.

Гордо подойдя к Даркану и нацепив на лицо свое коронное «монаршее» выражение, взяла его под локоть, и мы пошли вперед, возглавив маленькую процессию, состоящую из моих мужей и драконьих стражей, часть который вызвалась нас сопроводить.

Свободно прохаживающиеся стражи, на которых мы натыкались, проходя по дворцу, тут же незаметно вливались в нашу свиту, как и попадающиеся на пути драконьи аристократы. Таким образом, когда мы дошли до большого зала, где нас уже поджидал довольный, как сытый кот, лир Орнувир в компании молодого мужчины и очень молоденькой на вид эльфийки, нас сопровождало такое количество драконов и людей, что складывалось впечатление, будто к драконьему императору пожаловал особо важный гость, а вовсе не брат с женой и побратимами.

Мой взгляд мгновенно прикипел к эльфийке, минуя своим вниманием и лира Орнувира и его среднего сына, нынешнего императора драконов.

Что же, королева Эйлендиль была удивительно красивой. Но мне ее красота показалась настолько холодной и отчужденной, приправленной откровенным высокомерием и скрытой в глубине глаз злобой, что уже спустя миг начала казаться уродством.

Она очень старалась удержать на лице равнодушное выражение, но я видела, каким недовольным взглядом она окинула сопровождавшую меня и мужей «свиту». Кажется, Эйлендель очень не понравилось, что жители дворца выражают такое почтение бывшему императору и какой-то выскочке.