Темная империя. Книга первая

Кивнув, аристократ произнес:

– Я прикажу, чтобы вам постелили в соседней комнате, ночную рубашку и все необходимое вам предоставят.

Улыбнувшись, я отрицательно покачала головой, и ответила:

– Я лягу рядом с Арисом и в одежде. Ночь будет долгая. И поверьте, так будет лучше.

Мне вновь кинули.

– А вы отправляйтесь спать, – продолжила я, – ситуация не критическая, и…

– Мне это уже говорили, – холодно произнес лорд Экнес. – Итог вы имеете возможность наблюдать. Я останусь здесь.

Молча пожала плечами и не стала спорить.

Допив чай, я устроилась поверх покрывала рядом с малышом, попросив бумагу и писчее перо. Вести историю болезни нас приучили всегда и в любой ситуации, потому что только записи позволяют иной раз взглянуть на болезнь с другой стороны и в целом, и увидеть то, что возможно не было замечено сразу. И я записала возраст, состояние во время первого осмотра, цвет рвотных масс…

Что-то царапнуло. Не знаю что, но я мысленно поставила заметку вернуться к этому моменту еще раз. Дальше все соответствовало воспалительному заболеванию, и ничего уже не удивляло.

* * *Проснулась как от толчка – ручка стала горячей. Очень горячей. Подскочив, ринулась в коридор – две служанки все так же стояли, терпеливо ожидая моих приказаний. Меня пугает выучка прислуги лорда Экнеса. Попросила принести уксус, простыни, теплую воду. Вернувшись, принялась раздевать ребенка и тут слышу:

– Вам помочь?

Совсем не ожидала, что аристократ все так же находится здесь, и видимо заснул в кресле.

– Спасибо, не нужно я справляюсь, – ответила лорду Экнесу.

И напрочь забыла о мужчине, занятая малышом. Где-то через полчаса жар спал, но спать уже никто, в смысле Арис, не хотел. Я покормила его, предварительно попробовав еду самостоятельно. Даже не сразу поняла, откуда такой порыв – но первую ложку бульона съела сама, прикрыв глаза и пытаясь распробовать все оттенки вкуса.

– Что-то не так? – донеслось из кресла.

– Не знаю, – честно ответила лорду, – мне что-то не понравилось, но пока не разобрала что.

А потом мы игрались с Арисом до рассвета – я отпаивала его травяным чаем, а мальчик кривился, отворачивался и требовал в качестве платы за каждую ложку очередную сказочную историю. Я знала их тысячи, так что нам было не скучно. И едва весь чай закончился, мы принялись рисовать болезнь Ариса, потом торжественно жгли ее над свечкой, чтобы она никогда-никогда больше не приходила.