– Ценой стольких жизней?!
– Скольких жизней? – вскинула брови Виолана. Ее удивление выглядело совершенно искренним. Надо же, какая актриса. – Ты имеешь в виду призрака? Так он уже давно мертв. Чтобы стать призраком, надо умереть. Это так работает, – она явно издевалась. – А что касается тебя, я уже сказала: мне очень жаль. Но что поделать, если ты обо всем догадалась. А мне шумиха не нужна, у меня планы.
– А Ингаретта? Магистр Калмин? Сирра Аглисса? Их ты тоже живыми не считаешь? Они не призраки!
Лицо Виоланы вытянулось.
– При чем тут… Погоди… Так ты решила, что я… я ставлю темные метки?
И снова ее удивление выглядело искренним, настолько искренним, что и у меня возникли кое-какие подозрения.
– А разве нет? – уже с меньшей уверенностью спросила я.
– Разумеется, нет. Да и как бы это помогло мне приворожить принца?
– Ну как же… вместе с магией темная метка может вытягивать из людей и другие особенности, привлекательность в том числе.
Виолана пожала плечами:
– В самом деле? Я не знала. А если и так, тебе не кажется, что это был бы слишком долгий и дурацкий способ?
– Тогда… – теперь я вообще ничего не понимала.
– О чем, ты думала, я догадалась?
– О приворотном ритуале конечно! Самом сильном из существующих… И, разумеется, запрещенном! Все по-настоящему толковые ритуалы – запрещены, это несправедливо, согласись.
– И как, по-твоему, я могла об этом догадаться?
– Ты ведь видела, как я стащила травки из кабинета зельеделия. И видела, что это за травки. Такой набор применяется только в приворотных зельях.
Глупо, конечно… Но мне немного не хватило для второго этапа…
Травки? Ну да, теперь я припоминала. Виолана действительно что-то перебирала у шкафчиков, когда я заговорила с ней об Ингаретте, но я понятия не имела, что это за травки и для чего могут применяться.
– Для ритуала, которым я пользовалась, человеческие жертвы не нужны, – она вздохнула и снова с сожалением посмотрела на меня. – Были бы не нужны, если бы ты не вмешалась. Нет, конечно, мне пришлось убить дюжину трехцветных кошек, но кому их может быть жалко? Мерзкие твари.
Шипят, царапаются, – она поморщилась."
"Я все еще не могла сказать ни слова. Мысли разбегались, рассыпались, мелькали и исчезали тут же. Действительно не она ставила темные метки? Или это очередная ложь? Да-да, Виолана оказалась отличной лгуньей. Только какой смысл врать тому, кого собираешься убить?
– И погоди… – нахмурилась Виолана. – При чем тут сирра Аглисса? Я видела ее в библиотеке. Она жива-здорова.
