– Не знала чего?
– Кто мои настоящие родители и кто я… – Почему-то на этих словах голос стал глухим и хриплым.
Я ожидала, что ректор начнет все отрицать, ведь все эти месяцы, что я провела в школе чернокнижников, он старательно оберегал меня от этого знания.
– Что ж, – он слегка поклонился. – В таком случае приветствую вас, ваше императорское высочество.
– Перестаньте, пожалуйста, – простонала я и сделала шаг к нему навстречу. И он, кажется, передумал выписывать реверансы.
– И кто же тебя просветил? – он сузил глаза.
– Кто еще в курсе тайны, которая запросто может тебя убить?
– Призрак, – честно призналась я. – Ну да, призрак. Я встретила его в замке Огеленов. И он перебрался сюда, чтобы за мной присматривать. Он у меня в шкафу… – я вспомнила, как этот негодяй закидал ректора шапками и чулками и покраснела. – Извините… Это наш родовой призрак, он оберегает наш род еще со времен великих королей. Ну, не всех, конечно, а только наследников.
– Понятно.
Какое-то время ректора молчал, словно пытаясь осмыслить все, что я сказала.
А затем заговорил, серьезно и жестко:
– Что ж, ты все знаешь. Может быть, так и лучше. По крайней мере, я могу надеяться, что ты станешь вести себя чуть благоразумнее. Если теперь вполне понимаешь, насколько важно тебе не высовываться и не ввязываться в неприятности.
А вот это было совсем обидно.
– Я ведь не виновата, что сумасшедшая девица наложила на меня проклятье!
– Не виновата, – согласился ректор. – Но я уже говорил: проклятье тебя бы и не убило. А вот в том, что ты, никому ничего не сказав, пошла одна в комнату Виоланы… О чем ты вообще думала? Ты ведь считала ее убийцей!
– Но ошиблась, – попыталась оправдаться я.
– Не так уж и ошиблась. Если бы мы не пришли вовремя…
Она бы меня убила. Да, магистр Линард прав.
Разговор складывался совсем не так, как я себе представляла. Я-то полагала, что уже через несколько минут он снова заключит меня в объятия, будет шептать мне всякие нежности на ухо, расскажет мне о своих чувствах, наконец. Как же я ошибалась! Впрочем, его ведь тоже можно понять: он ведь ужасно за меня испугался.
А если уж я ему действительно нравлюсь…
– Обещаю, я буду вести себя благоразумнее, – смиренно потупив глазки, сказала я.
– Очень на это надеюсь. Разумеется, я буду защищать тебя и вытаскивать из всех передряг. Если понадобится, спасать тебя даже ценой своей жизни, как это сделал бы на моем месте любой подданный. Но однажды моих сил может просто не хватить, чтобы исполнить свой долг.
