Темное настоящее

Как инвалид войны он получил все причитающиеся льготы, переехал с сыном в новую трехкомнатную квартиру жилой площадью 67 квадратных метров. В университете его восстановили. Как по мановению волшебной палочки из ниоткуда появились прежние друзья и дальние родственники. Иван Сергеевич много занимался с сыном. В семье Приходько вместо учебы Лева все свободное время играл в войну, гонял голубей по крышам полуразрушенных зданий. Преподавателем Иван Сергеевич был жестким. За месяц он выбил всю уличную дурь из сына и стал подготавливать его к поступлению в университет.

Иван Сергеевич даже присмотрел место на кафедре математики, но все получилось не так, как он ожидал. После окончания средней школы Лев поступил в Московское высшее техническое училище имени Баумана, самый престижный технический вуз страны. После окончания факультета радиоэлектроники и систем управления Лев Иванович по распределению уехал в Свердловск. Протекцией отца он не воспользовался, решил, что сам добьется в жизни того, к чему его влечет Путеводная звезда.

Иван Сергеевич Карташов скончался в 1962 году. Квартира его отошла государству. Два года Лев пытался восстановить свои права на жилплощадь отца, но ничего не получилось. На момент смерти ответственного квартиросъемщика в квартире был прописан он один, значит, никто из его родственников прав на жилье не имел. Для Льва Ивановича потеря московской квартиры послужила хорошим уроком. Впредь он ошибок с жильем не совершал.

Но звезда, звезда-то Путеводная оказалась права! Повинуясь ее сигналу, юный Лева Карташов не задумываясь связал свою судьбу с одноруким изгоем и не прогадал.

Иван Сергеевич Карташов после реабилитации восстановил положение в обществе, вновь стал уважаемым человеком. Вернувшиеся с фронта его бывшие ученики быстро заполнили вакуум, образовавшийся в управленческих структурах после сталинских репрессий начала 1950-х годов. Референт Микояна по общим вопросам Левон Тер-Петросян заверил Карташова:

– Иван Сергеевич, не стесняйтесь! Будут вопросы, заходите, поможем.

– Мне, Левон, уже ничего не надо. Ни руку, ни здоровье не вернешь. Вот сын мой, Лев, он только начинает жизненный путь…

– Иван Сергеевич, о чем разговор! – бесцеремонно перебил бывшего преподавателя Левон. – Помню я Левочку, забавный был карапуз, розовощекий. Поможем парню на ноги встать. Как закончит учебу, заходите: с распределением вопрос решим и с жильем поможем.

Карташов вышел от референта заместителя советского правительства растроганным.