Темное прошлое Конька-Горбунка

Я-то не совершал ничего незаконного, видел картину острого инфаркта и диагностировал его. Людей доставляли с улицы, ошибки вполне допустимы. Ты же, нарушая закон, оформляла бумаги без вскрытия. Но я тебя не выдам, можешь рассчитывать на мое молчание. Лучше не гони волну, пусть муж забирает Нестерову и отваливает. Иначе сюда набегут следователи, перетряхнут все документы, и на свет вылезет неприглядная правда.

– Ты был со мной каждый раз, я не вскрывала тело, потому что мы торопились на диванчик! – прошептала Валентина.

– Не отрицаю, – пожал плечами Богородов, – но за измену жене срок не дают. А теперь подсчитай, сколько лет получишь ты?

Валечка пошла на новое преступление, она уничтожила верное заключение о вскрытии и выдала другое, и муж увез тело Нестеровой в Москву. Патологоанатом прикинулась больной, ушла домой, легла в кровать и попыталась заснуть, но сон не приходил, в голове кружились мысли, заставлявшие ее вздрагивать.

Через день, придя в клинику, прозектор узнала новость.

Ночью в административной части, где хранился архив, случился пожар. Слава богу, сгорели документы только за два последних года, до основной части бумаг огонь добраться не успел. Хирург Павел Богородов случайно заметил дым, валивший из окна, и вызвал пожарных.

Валечку покинули последние сомнения. Теперь она прекрасно понимала, что никакой страсти Павел к ней не испытывал. Хирург помогал убийцам, роман с Валей он затеял ради фальшивых актов вскрытия. А Марина великолепно знает об адюльтере.

Муж и жена – одна сатана, они зарабатывают деньги вместе.

Павел прекратил отношения с Валентиной, она старательно избегала встреч с ним в коридорах клиники. Через пару месяцев после пожара Богородовы перебрались в Москву, и Валечка потеряла любовника из вида.

Алевтина слушала подругу с раскрытым ртом.

– Катастрофа! – с трудом выдавила она из себя, когда Валентина завершила рассказ. – И ты жила с этим грузом столько лет! Почему не поделилась со мной?

Валя исподлобья посмотрела на подругу.

– Боялась, стыдилась, думала, ты не захочешь со мной общаться. Я ведь фактически стала пособницей преступников, моя халатность позволила им остаться безнаказанными.

– Но ты же никого не убивала, – стала утешать ее Аля.

– Я, пусть и невольно, помогала им заметать следы, – не согласилась Валентина, – и с тех пор мучилась совестью, все спрашивала себя: «Ну почему я так поступила?» Может, поэтому я и заболела?

– Ты не виновата.