Темное влечение

Сперва медленно, затем быстрее и через мгновение уже схватил меня, придавив к стене, обнимая за бедра и одновременно вдавливая в собственное тело. Коснулся носом моего лица, проведя вверх по щеке. Распахнутыми губами прочертил линию от подбородка до уха и хрипло прошептал:

— Я так скучал… Так сильно скучал…

От этого голоса и острых, разрывающих на части слов, которых так ждала, я словно начала падать. Уноситься в черную бездну Сумерек, где совсем недавно чуть не погибла.

Он прикусил меня за шею под самым ухом и горячо поцеловал.

Я зарыла глаза и тяжело вздохнула, потеревшись о него щекой, вдыхая его сумасшедший аромат, от которого кружилась голова. Аромат, который превращал меня в туман, готовый раствориться от порыва ветра.

Я должна была что-то сказать Кайлу, что-то ответить или спросить. Но мне внезапно стало так хорошо, что думать о чем-то, кроме него самого, уже не хотелось.

А в следующий миг я почувствовала, как граф скользнул рукой между моих ног. Горячие пальцы раздвинули мою влажную мягкость и тут же без труда проникли внутрь, вырвав из горла сдавленный стон.

Это было так жарко, желанно и сладко, что у меня на миг потемнело перед глазами. Я опустила веки, откинув голову назад, упираясь затылком в стену и хрипло дыша. Утопая в горячей пульсации между бедер, плавясь от жара внизу живота.

— Такая сладкая и узкая, — низко, с тихим рычанием проговорил граф, тяжело дыша, почти с остервенением целуя мою грудь и лаская меня рукой.

Кайл всегда умел делать так, чтобы я теряла дар речи. Чтобы вместо мыслей и связных слов из горла был способен доноситься лишь стон.

И именно в эти моменты он начинал со мной говорить. Как сейчас:

— Ты скучала по мне, моя хитрая Ниара?..

И после короткой паузы, за время которой я вообще не успела ничего сообразить, добавил:

— Уже такая влажная… Скажи, ты ждала меня, думала обо мне?

Я тихо выдохнула сквозь распахнутые губы, едва сдержав еще один стон, а затем через силу заставила себя ответить:

— Ждала.

И тут же почувствовала его улыбку. Через мгновение он вдруг отстранился, перестав меня целовать, но все же не убирая руки. Теперь он словно наблюдал за моей реакцией на его движения. И от стыда, спровоцированного этим фактом, я еще сильнее загоралась.

Воздух будто стал застревать в легких.