Темные не признаются в любви

Попадание в «голову».

Мадлен сменила правую руку на левую и отступила назад, к столику, на треть расстояния.

Замах. Бросок. Попадание в «сердце» мишени.

Взяв два ножа, она бросила с двух рук одновременно — и поразила «ладони» нарисованного человека.

Дальше броски пошли с разворота. Пышный подол платья взметался, закручивался при поворотах влево-вправо — зеленая ткань мерцала и переливалась, будто по ней шла волна. Ножи летели в цель быстро, четко, красиво… Движения Мадлен напоминали танец. Танец смерти.

— Боги… она потрясающа, — высказала я вслух свою мысль.

И только сейчас заметила, что, переживая за соседку, вцепилась в ладонь кромешника. Он не возражал — успокаивающе гладил мою напряженную руку.

Когда центр мишени напоминал подушечку для иголок, у Мадлен закончились ножи.

Взяв штук шесть со столика, она быстро-быстро вколотила их в деревянный щит.

— Это ведь скоростное метание, да? И выступление напоминает экзамен для мага-боевика.

— Откуда знаешь? — заинтересовался Джаред.

— Брат рассказывал о тренировках, о том, как меткость не раз спасала его от прыгучей нечисти во время практики в горах.

— Карол слишком откровенен с младшей сестрой, — удивленно заметил кромешник. — Не пойму, зачем он тебя пугал.

— Не пугал, к тому же я сама просила. Я же иллюзионист, должна о многих вещах иметь представление.

Пока мы говорили, Мадлен установила две свечи на щите, нанизав их основания на ребра ножей, торчащих из «ладоней».

Фитильки зажглись сами, когда она вернулась к столу. Достав из чемоданчика черный платок, быстро скрутила его так, чтобы получилась толстая повязка для глаз.

— Так нечестно! — Возмущенное восклицание какой-то зрительницы прозвучало неожиданно. — Если показываешь испытания для кандидата в мастера метательных ножей, делай все правильно!

Мадлен повернулась лицом к темному залу.

— Поставить к щиту человека, чтобы он держал свечи? — спросила она насмешливо. — Я с другого факультета и не прохожу сейчас экзамен.

— Тогда какого шмыря ты корчишь из себя боевика?! — гневно спросила уже другая девушка, пользуясь безнаказанностью темноты.

И все же я узнала ее голос: Индира. Первая, выходит, Галика? Вот заразы, снова не удержались от очередной подлости!

— Я не корчу, а успешно показываю то, что некоторые не могут, — спокойно заметила Мадлен и добавила: — Свечи держит напарник, у меня его нет.

Я с облегчением выдохнула: хороший ответ, теперь отстанут. И все верно, боевики учатся работать в парах с первого курса.