Иногда мы болтали часами, к большому неудовольствию Беккета. Беккет отреагировал на мои размышления покупкой пентхауса с видом на Центральный парк в качестве раннего рождественского подарка. Этот мужчина был безумцем… но втайне мне нравилось, каким экстравагантным он был. Беккет не делал ничего наполовину. Он не умел.
— И, если в конечном итоге тебя примут в другую команду, не в нью-йоркскую… мы будем жить отдельно?
— Ни при каких обстоятельствах. На самом деле, чтобы убедиться, что это даже не вариант, у меня есть кое-что для тебя.
Проверь бардачок.
Я с любопытством открыла его. Я никогда не знала, чего от него ожидать. Но даже при этом маленькая бархатная коробочка с кольцом заставила меня открыть рот.
— Что за черт? — Я открыла ее как раз в тот момент, когда Беккет остановился и повернулся ко мне. — Это кольцо.
— Первое из многих.
Он взял у меня коробочку и снял с нее тонкое кольцо со сверкающим светло-голубым камнем. Затем надел его мне на палец, пока я отходила от шока.
Беккет одобрительно кивнул, разглядывая кольцо у меня на пальце.
— Я ношу его с собой уже несколько недель. Если у тебя когда-нибудь возникнет мысль, что мы будем жить отдельно после выпуска, просто посмотри вниз на руку, чтобы вспомнить, что этого не произойдет. Я не отпущу тебя от себя… никогда.
— Ты просишь меня выйти за тебя замуж? — пискнула я.
Беккет рассмеялся.
— Ты думаешь, я бы просил твоей руки здесь, на обочине дороги, с кольцом меньше 15 карат? Я планирую баловать тебя, крошка, миллионом разных способов.
Я попрошу тебя выйти за меня замуж, и ты скажешь «да»… а пока просто думай об этом как о напоминании… о том, кому ты принадлежишь.
Он поднес мою руку к губам и поцеловал тыльную сторону, как рыцарь, приносящий клятву верности.
— Так… что тогда будет, если после выпуска тобой заинтересуется отдаленная команда? — поинтересовалась я. Я знала, как важен хоккей для Беккета. Выберет ли он меня вместо команды своей мечты?
Он пожал плечами.
— Тогда, возможно, я просто повешу коньки. Ты сможешь взять управление инвестиционной компанией отца на себя и позволить ему уйти на пенсию, а я останусь дома… воспитывать наших пятеро детей.
— Пятеро? — пискнула я и бросила на него изумленный взгляд.
— Шестеро?
Я молча уставилась на него, и он рассмеялся.
— Не беспокойся обо мне, Золушка. Буду ли я играть за Нью-Йорк, воспитывать нашу собственную команду Геллионов дома или работать с тобой и Сореном в семейном бизнесе… одно всегда будет правдой: ты от меня не избавишься.
