Темный

– Приехал поговорить с ветеранами боев на Оксе и благословить нас на ратный подвиг, а выбраться не может.

– Его тоже не выпускают?

– Да.

– И что жрец говорит?

– Он хочет сбежать.

– Точно? Ты с ним разговаривал?

– Пообщались и, может, нам его взять с собой? Все-таки серьезный человек. Мы поможем ему, а он когда-нибудь нам.

– Давай, – согласился я. – Выбирайтесь и двигайте ко мне.

– Куда?

Я объяснил, как проехать к Гиблой топи, и отключился. Если Валера и Костя выберутся – хорошо. Если прихватят Варро Одда – еще лучше.

Еще раз осмотрев поляну, я запустил дизель-генератор и МРСОП. На поляне перед болотом моментально сгустился туман, и я сел за руль.

Пора. Медленно переваливаясь на кочках, внедорожник въехал в портал.

70

– Стой! Стой, дурак!

Я кричал вслед убегающему дикарю, который смог ослабить узлы, развязался и рванул к лесу. Однако Насеф меня не слышал. Он бежал без оглядки, и гоняться за ним по чащобам у меня не было никакого желания.

«Ты сам свою судьбу выбрал», – подумал я, поднимая пистолет, и открыл огонь.

Дистанция относительно небольшая, я вовремя почуял неладное, обернулся на шорох и увидел, как дикарь совершает побег. Поэтому не промазал.

Стрелял с двух рук, и первая же пуля попала дикарю в спину, а вторая в ногу.

Раскинув руки, он упал и покатился по горному склону.

Не торопясь, я спустился к нему. Насеф еще был жив. Пуля перебила ему позвоночник, и дикарь пытался ползти. Однако получалось это у него плохо.

– Ты зачем решил сбежать? – ногой я слегка ударил его в бок. – С тобой ведь как с человеком обращался, не бил и голодом не морил.

Он меня не слышал. Его движения становились слабее, и по телу прошла предсмертная судорога.

Дабы не продлять мучения дикаря, я приставил ствол пистолета к его затылку и еще раз выстрелил.

Насеф дернулся, затих, и я лишился единственного «языка», который мог рассказать об этом мире.

«Ничего, – промелькнула у меня мысль. – Потом поймаю другого».

Взяв труп за ноги, я оттащил его к развалинам и сбросил в яму под сторожевой башней. Потом забросал труп камнями, отряхнул руки и вернулся на вершину.

Бездымный костерок, который был спрятан под деревьями, почти прогорел, и я швырнул поверх красных углей несколько сухих веток.