Темный

Однако сдержался. Это ничего не даст, кроме морального самоудовлетворения, а внимание противника привлечет. И, выкинув трофейные телефоны в ближайшую лужу, я вышел из машины и открыл багажник.

– Что ты со мной сделаешь? – пленница сразу задала вопрос.

– Съем, – я скорчил страшное лицо.

– А если серьезно?

– В плен тебя поведу.

– Я не пойду, – девушка сжалась в комок. – Делай, что хочешь, но ты не заставишь меня признать себя пленницей.

– Выбирай, – я достал пистолет и демонстративно передернул затвор. – Или ты идешь со мной.

Анхелика боролась недолго, и вскоре мы начали наше путешествие.

25

Уютная комната. Диван, стол, пара стульев и одно кресло, на окнах темные шторы, а на полу потертые паласы. Обстановка очень мирная и расслабляющая. Но самое главное, что в комнате было тепло и, сидя в кресле, я смотрел на пистолет, который оставил на столе. ПМ лежал на самом видном месте, и я положил его там специально, дабы проверить Анхелику.

Мы покинули «Робин» и углубились в лес. Сутки шли на восток, потом еще сутки перебирались через обширное болото, а затем повернули к горам. Я считал, что мы выйдем на Арагветский хребет через три-четыре дня. Но я ошибался. Анхелика Краун оказалась неприспособленна к походной жизни. Поэтому в день мы проходили не более двадцати километров. Мало. В одиночку мог пройти сорок. Однако бросать пленницу я не собирался. Раз уж решил довести ее до расположения царских войск, так и сделаю.

В общем, день проходил за днем. Порой приходилось тащить на себе пленницу, охотиться, копать съедобные коренья, искать чистую воду и ремонтировать обувь Анхелики. Все это отвлекало, и в предгорьях мы оказались только на девятый день. Людей за это время не встречали, начались слабо населенные районы без дорог и развитой инфраструктуры. Только пару раз вдали слышали рев моторов, словно где-то ездили бронетранспортеры или тяжелые грузовики, и видели вертолет, который прошел в стороне.

Добравшись до гор, в одной из небольших долин обнаружили дом, который нас приютил. Узкая дорога, которая вела к жилью, была засыпана лесным мусором и палой листвой. В самом доме давно никто не проживал. Место безопасное, и я не колебался. Сковырнул навесной замок, проник внутрь и осмотрелся. Хорошее жилье, видимо, горожанина, который любил уединение.