Тень Азраила

Когда часы на мечети Сапехсалара ударили восемь раз, Клим Пантелеевич толкнул калитку дома № 63 по Хиабан Абаси. Она, как и обещал хозяин, была не заперта. Замок со вставленным в него ключом висел тут же.

Двор впечатлял. Прямо посередине в лучах заходящего солнца ровной гладью отливал бассейн. По краям на каменных бордюрах виднелись мраморные скульптуры в греческом стиле высотой в человеческий рост. Вокруг клумб с цветущими розами раскинулся широкий английский газон. Дом был большой, каменный, в два этажа, с изящными белыми колонами, соединенными между собой сводами.

Фасад, украшенный воздушными виньетками, причудливыми узорами со звездочками и кругами, выдавал мавританский стиль. У самого входа важно расхаживал павлин в компании с журавлем, у которого, по-видимому, были подрезаны крылья. Идя по дорожке, Ардашев заметил, как шевельнулась оконная штора. Дверь отворил сам министр.

– Проходите, проходите, вот сюда, за мной, пожалуйста, – пригласил хозяин и провел внутрь.

Его лицо носило отпечаток озабоченности, выглядело нездоровым и казалось вылепленным из воска. Он был одет просто, по-домашнему: светлая просторная сорочка, темные брюки, гиве. По коридору миновали михманханэ (комнату для гостей) и столовую. Одна из ее стен была увешана зеркалами, а другая – полностью состояла из громадных окон от потолка до самого пола. Они открывали взору сад с еще одним бассейном во внутреннем дворике. Больше всего Ардашева поразили две люстры из венецианского стекла. Прозрачные ягоды, точно гроздья волшебного винограда из сказок Шахерезады, свисали вниз, играя и переливаясь светом.

Убранство бируни (приемных комнат) дышало роскошеством: повсюду лежали толстые цветастые ковры с разбросанными подушками и мутаками; два дивана и стулья представляли европейскую мебель.

На второй этаж поднимались по витой металлической лестнице. Первая дверь вела в кабинет. Кроме книжных полок и дубового стола здесь располагались два мягких кресла, в одно из которых хозяин усадил Ардашева, а в другом расположился сам.

Министр слегка склонил голову и вымолвил с почтением:

– Я искренне польщен нашим знакомством. Меня зовут Клим Ардашев. Я дипломат.

– Да, – кивнул министр. – Более того, мне известно, что вы прибыли в Тегеран расследовать убийство вашего коллеги, господина Раппа. Это так?

Тихрани облегченно вздохнул.

– Это хорошо. Значит, я не ошибся.