Тень Азраила

Их там всего три. Так что вторая – посередине. В восемь утра…

– Так рано? Мейдан только открывается…

– Вот и прекрасно. В это время слежки обычно не бывает – филера отсыпаются, да и комнаты точно будут свободны.

– А теперь мне бы хотелось, чтобы вы поведали о месте и времени встречи с господином Раппом. Постарайтесь ничего не упустить. Возможно, вам запомнилось чье-то лицо в проезжавшей мимо коляске или, быть может, вы заметили что-то странное в поведении окружающих вас людей. Надобно припомнить все детали. Даже те, которые на первый взгляд вам могут показаться несущественными.

Для меня это очень важно, поверьте.

– Да-да, безусловно. – Он поднял глаза к потолку и, будто считывая с него, произнес: – Мы увиделись в парке Зиль-Эс-Салтанэ. Напротив ларька по продаже фруктовой воды. Я пришел туда с портфелем, в котором и лежали эти документы. Нас никто не слышал. Рядом никого не было. Мы стояли за стволом старого платана. Господин Рапп забрал портфель и поблагодарил меня. Мы договорились о стоимости моей услуги и обсудили дату новой встречи.

Она должна была состояться там же, на следующий день. Разговор был очень короткий. – Министр потер лоб и растерянно заметил: – Но ничего странного я не видел. Мимо проходили какие-то люди… Да. Но им было не до нас. А потом мы разошлись. Я зашагал к воротам Дервазэ-Доулет, а он – в обратном направлении, к Хиабан Шени.

– Это в сторону квартала «красных фонарей»?

– Ну да, – Тихрани пожал плечами, – по правде говоря, меня это тоже несколько смутило.

– Да-с, дела, – задумчиво выговорил Ардашев и вдруг поднялся.

 – Что ж, позвольте откланяться. Вы сообщили мне достаточно сведений, чтобы не заснуть до утра.

Статский советник, провожаемый министром, вновь миновал многочисленные покои особняка и вышел на улицу. Быстро темнело. Тегеран медленно засыпал.

Он пропустил два свободных экипажа и сел в третий. Покружив немного по городу, Ардашев доехал до Хиабана Алаэд-Довлэ. И только там он нанял автомобиль, который и привез его в Зергенд.

Уже отворяя калитку дувала, Клим Пантелеевич понял, что в доме кто-то есть.

Сработала старая хитрость: едва заметная белая нитка, оставленная на деревянной ручке, слетела. Незваный гость этого не заметил. О том, что во двор проник один человек, он догадался сразу, как только увидел в лунном свете вдавленный след каблука, оставшийся на дорожке. Чуть дальше виднелся второй. Судя по всему, это был офицерский сапог, а не штатская туфля. Рука сама потянулась к «браунингу», и тихо щелкнул затвор.