Тень Миротворца

Али с хребтом, перебитым или с животом развороченным, к примеру, всё одно задохнется сердешный, пока до окопа дотащишь. Одно слово, со святыми упокой. Даже молитву прочитать не успеешь… Правду сказал, не знал бы, что зелёный ишо, посчитал бы бывалым солдатом тебя, Гаврила.

— Много дядька рассказывал. Он унтером служил. С детства на его рассказах вырос.

— Видать, справный унтер был, коль выжить на двух воинах удалось… Ладно, Гаврила, бывай до вечера, как сговорились.

Вернувшийся Вяземский был всё ещё немного зол.

— Ну, Гаврила, чего это ты раздухарился?

— Простите, не сдержался, Иван Ильич, зацепило. Они ж девчонки ещё совсем. А там…эх! — я с досады ударил себя по коленке, — верите, только и твержу себе, что не мой это мир, что у меня лишь одна задача. А душа не выдерживает. И умом-то понимаю, что мало могу, но всё же…

Врач внимательно посмотрел на меня и грустно улыбнулся.

— А сколько вам, Гаврила Никитич?

— Пятьдесят третий пошёл.

— Хм, вот как? Это что же получается, я вас на два года младше…дела-а-а.

— Ну внешне я-то здесь молодой человек. Ровесник вашим студентам. Какой там курс университета?

— Ну, это как смотреть. Вы здесь по документам числитесь официально с какого года?

— Вполне могли уже полный курс пройти. И даже степень магистра защитить.

— Я вас удивлю. В своём времени у меня тоже есть учёная степень, соответствующая вашему магистру медицины.

— Да неужели? И в какой же специальности?

— Раздел терапии, основанный на подробной теории иммунитета и аллергии, который появится лишь в шестидесятые годы двадцатого века, а пока лишь совершает робкие шаги, тем не менее вполне действенные на практике.

— Это какие же? — коллежский асессор весь подался вперёд.

— Ну, например, к осени сего года некоему профессору Тарасевичу удастся, наконец, «продавить» иммунизацию от брюшного тифа в войсках. И это при том что немцы и французы прививают своих солдат ещё с конца прошлого года, добившись снижения заболеваемости этим серьёзным недугом в семь, а то и в десять раз!

— Но вакцины ещё недостаточно совершенны и количество случаев побочных эффектов довольно велико, — начал возражать Вяземский.

— Речь идёт о военной вакцинации, дорогой мой Иван Ильич. На чашах весов десятки тысяч умерших от тифа, сотни тысяч заразившихся от отправленных санитарными эшелонами в тыл и сотни, вряд ли тысячи с побочными недугами от вакцинации, что вполне купируемы даже при вашем уровне развития медицины. И пытаться убеждать военных чиновников бесполезно.