Я любил огненные шары, стрелы молний, морозные сосульки и ураганы, но не эту скучную защитную магию! Наставница как-то раз сотворила ледяной купол над собой и сказала, что ни один маг ещё не пробил его заклинаниями огня. Я бросался в неё сгустками пламени, а они шипели и гасли. Всё, чего мне удавалось добиться, — облачков пара, которые выбивались из её защиты. Она смеялась надо мной и говорила, что мне никогда не поступить в Академию…
— А потом? — робко спросила я, улыбнувшись хозяину в ответ.
— Потом я разозлился на неё.
Не знаю, как это случилось. Купол лопнул, на наставнице вспыхнули волосы и платье. Было очень весело! Огонь не нанёс ей вреда, но все вещи сгорели… как и парик на её голове.
Воспоминания так захватили советника Фоули, что он, похоже, забыл, зачем привёл меня сюда.
— На её крики сбежалась прислуга, позвали отца… В общем, досталось мне тогда! Но всё равно мы с папой всегда хохотали, когда вспоминали этот случай. Мне было тогда тринадцать, и я понятия не имел, как управлять даром, как рассчитывать силы.
— Вам долго пришлось учиться?
— Долго. — Мартейн вытянул из кучки один уцелевший посох и проверил кристалл, закреплённый на его верхушке. — В шестнадцать я поступил в Академию и провёл там семь лет.
— Отец гордился вами? — прошептала я.
— Я не успел предъявить ему диплом с золотой печатью отличника, — вздохнул Мартейн. — Отец погиб в море, и после Академии меня ждал пустой дом.
— Мне очень жаль. А ваша мама?
— Я плохо помню её. Она умерла, когда мне было пять лет.
Мартейн стиснул древко посоха в руке, и кристалл вспыхнул огненным сиянием.
— Я мечтал, что буду учить здесь своих детей, — сказал он. — И рассказывать им, какие ошибки совершал в детстве.
— Всё это ещё может сбыться, — тихо сказала я.
— Нет, Эли, я уже начинаю понимать, что Адриана, скорее всего, никогда не подарит мне наследника. А никакая другая женщина мне не нужна.
— Вы рано сдаётесь, господин Мартейн!
— Думаешь? — Он пожал плечами. — Я часто поддаюсь эмоциям и увлекаюсь фантазиями о том, как замечательно всё могло бы быть.
Но здесь, кажется, тот случай, когда пора прислушаться к гласу рассудка и оставить безнадёжные мечты.
Ах, как мне было трудно не проболтаться в эту минуту. Пусть Адриана ждёт ребёнка с другим даром и Тейн не сможет стать учителем своей дочери, но как бы его обрадовало само известие!
— Это место возвращает меня в прошлое, — помолчав, добавил он. — А надо жить настоящим, пусть это и непросто.
