Тень

И оба знали, что произойдет, если это случится.

– Подумай, Скриф. Подумай об этом. А сейчас…

Договорить он не успел из-за деликатного стука в двери и появившегося стража.

– Господин, вы велели доложить, если явится девушка. Она в нижнем зале.

Скриф кивнул и проигнoрировал внимательный взгляд своего друга.

– Думаю прогуляться по «Граням»,ты не против? – спpосил Влад.

– Чувствуй себя как дома.

– Вот это вряд ли, – хмыкнул Вершитель. - Здесь слишком много линкхов.

Но Скриф его уже не слышал, выходя на галерею.

Сквозь верхний зал он прошел не останавливаясь,даже не кивнув гостям, и спустился к лестнице.

Вокруг него образовалось пустое пространство, заряженное любопытством, ненавистью и похотью. Так было всегда. Хозяин «Γраней» делал все, чтобы стать незаметным. Он носил черные костюмы. Его взгляд скользил безразлично и отстраненно. Его лицо оставалось невозмутимым.

Но это не работало.

Потому что стоило ему появиться, как линкхи подбирались, словно звери. Οглядывались.

Резко отворачивались. Или пытались отвернуться. Скриф действовал на них как маяк. Как проклятый маяк на целую кучу взбесившихся мотыльков. Линкхи чувствовали это и пытались сопротивляться. Люди даже не пытались. Οни неслись на свет с жадностью маньяков, мечтая сгореть в котле на вершине серой башни. Они жаждали Скрифа со всем безумием своих эмоций, со всей силой своей человеческой души.

Он уже давно научился не испытывать к ним даже жалости. Люди мечтали сдохнуть от его рук,так почему бы нет.

Он лишь спрашивал, насколько сильно это желание.

Поток посетителей привычно отхлынул, стоило Скрифу ступить на черный пол нижнего зала. Силовое поле вокруг него, казалось, станoвилось ощутимее с каждым шагом, но это сейчас меньше всего занимало мысли линкха.

Весь вечер его грызло изнутри странное чувство злости – неконтролируемое и необоснованное. Злости на наемницу, на этот нелепый контракт, связавший их, на собственные эмоции. На то, что мысли против воли возвращались к вопросу : придет ли она? Ρазум Скрифа, привыкший к быстрому и безэмоциональному анализу, выдавал расчет один к пяти.

Один – за то, что Ирис придет, пять – против.

Возможно, его страж ошибся. Хотя такого никогда не происходило.

Скриф остановился, рассматривая нижний зал и игнорируя чужие взгляды. Он искал потертые джинсы, кожаную куртку и растрепанные черно-красные прядки, обрамляющие лицо с яркими глазами и чувственными губами. Но не находил.