Тень за спиной

Если это не совпадает с вашими графиками, ничем не могу вам помочь.

Неплохая тактика. Выбрать историю и не отходить от нее ни на дюйм, что бы ни случилось. Если начинаешь изворачиваться, мы выбьем тебя из равновесия и шаг за шагом притащим туда, куда нам надо. Нам нужно, чтобы Рори начал изворачиваться.

Бреслин придвинул стул к столу и оседлал его. Я отодвинулась назад. Теперь его очередь, а Рори пусть гадает, остаюсь ли я по-прежнему на его стороне.

— Как ты узнал, что в кухне Ашлин не было штор? — начал Бреслин.

Удар попал точно в цель. Рори дернулся и уставился на него:

— Что?

— И о проулке позади дома. Откуда ты все это знаешь?

— Я не знал, то есть не знаю. Какой проулок?"

"— Ты описывал, как воображаемый соглядатай смотрел, как Ашлин готовит ужин, достает бокалы. Этим она должна была заниматься на кухне, окна которой выходят в проулок позади дома. У тебя он наблюдал не за тем, как она накрывает на стол, что происходило бы в гостиной. Другими словами, ты знал, что следить за ней надо было, обойдя дом сзади.

Сбитый с толку Рори часто заморгал. Ухмыляясь, Бреслин сказал:

— Дружок, видишь это зеркало? Я стоял за ним и очень внимательно слушал всю вашу беседу. Антуанетта классный детектив, но, как бы это сказать, чтобы не получить по шее…

— Поосторожней! — прикрикнула я.

— Спокойно, тигрица, — сказал Бреслин, уклоняясь и изображая блок. — Видишь ли, ей больше, чем мне, хочется верить, что ты на нашей стороне. Оптимистка. Все ей кажется, что в этом деле скрыта какая-то поразительная тайна.

 — Легкий кивок в мою сторону, чуть заметная улыбка, которая может означать все что угодно. — Я работаю здесь подольше. И я очень подозрительный. Еще одно следствие профессиональной деформации. Поэтому я обращаю внимание на мелочи. Я слышал каждое сказанное тобой слово. И я задаю тебе вопрос: как ты узнал, что следить за Ашлин надо через кухонное окно, если ты сам не следил за ней?

— Я просто предположил. То есть это просто логика.

Если он не хотел чтобы соседи его заметили… — Дыхание у Рори сбилось. — А кухня — это то место, где Ашлин готовила ужин, если она ждала меня. В смысле, она и ждала меня.

Он терял под ногами почву. Я сказала с оттенком тревоги, озабоченная тем, какой оборот все принимает:

— Но тут вот еще что. Вы сказали, что подглядывающий видел, как Ашлин поет в штопор. Из ее текстовых сообщений ясно, что именно этим она и занималась в тот вечер.