Тень змея

 – Они и так провели здесь века, всеми забытые в смертном мире… А сейчас им придется погибнуть вместе с ним. Бедняжки. Они не заслуживают такой судьбы.

Мне захотелось напомнить ей, что такой судьбы не заслуживает никто – ни мои друзья, ни моя семья, ни, в особенности, такая блестящая особа, как Сейди Кейн, у которой еще вся жизнь впереди… Однако мне не хотелось показаться эгоисткой на фоне мягкосердечной Таурт. Похоже, о себе гиппопотамиха вовсе не думала, заботясь исключительно о своих подопечных.

– Но мы пока не сдаемся, – пообещала я.

– Да, но эти ваши планы!.. – Таурт выразительно содрогнулась, вызвав угрожающие колебания своего объемного живота. – Это же совершенно невозможно!

– Так же невозможно, как разбудить бога солнца? – хмыкнула я.

Гиппопотамиха немного подумала и уступила, пожав плечами.

– Ладно, милая, ты права. Вам действительно удалось совершить то, что считалось абсолютно невозможным. И все же… – Она покосилась на Зию, как будто присутствие моей подруги заставляло ее нервничать. – Что ж, уверена, вы знаете, что делаете.

Чем я могу вам помочь?

– А можем мы повидать Беса? – спросила я.

– Конечно, милая… только, боюсь, он ничуть не изменился с прошлого раза.

Она повела нас в дальний конец пляжа. За последние месяцы я навещала Беса каждую неделю, так что уже начала узнавать многих обитателей приюта в лицо. Хекет, богиню лягушек, я заметила сидящей на пляжном зонтике – должно быть, она приняла его за лист кувшинки. Старая богиня то и дело высовывала язык, как будто пыталась что-то выловить из воздуха.

Интересно, в Дуате тоже есть мухи?

Чуть дальше я увидела бога-гуся, чье имя Генген-Вер – честно, не шучу! – означало Большой Гудок. Когда Таурт впервые сказала мне об этом, я чуть не поперхнулась чаем. Сейчас его Верховное Клаксонство расхаживал по пляжу, пронзительно покрикивая на остальных богов и мешая им дремать.

Тем не менее я заметила, что с каждым моим посещением публика здесь немного менялась. Какие-то боги исчезали, другие появлялись – боги городов, прекративших свое существование, или боги, которым поклонялись всего несколько веков, прежде чем их заменили более популярные божества.

Некоторые же были так стары, что сами уже не помнили собственных имен. Многие цивилизации, размышляла я, не оставили после себя ничего, кроме осколков гончарных изделий или литературных памятников. А Египет настолько древен, что оставил после себя в качестве мусора забытых богов…

– О боги, – всполошилась Таурт. – Огнехват и Пылконог снова сцепились.