Тень змея

Но неужели это и впрямь возможно?

Глаза Таурт расширились.

– То есть ты правда полагаешь, что с помощью тени Беса его можно вернуть?

– Да, – решительно кивнула я. Знаю, звучало это немного безумно, но я должна была верить. А если сказать это вслух при Таурт, которая переживает за Беса даже больше, чем я сама… что ж, после такого я просто не смогу ее подвести. А кроме того, если у нас получится сделать это для Беса… кто знает? Может, тогда мы сумеем с помощью той же магии вернуть Ра в состояние могучего солнечного воина, а не дряхлого старикашки.

Таурт нервно переступила ногами, отчего доски пирса угрожающе затрещали.

– Я надеялась, что тени в чем-то сродни тайным именам, – продолжала наседать я. – Но раз уж я не могу спросить самого Беса, где он хранит свою тень, я хотела спросить об этом самое близкое ему существо. Кому и знать об этом, как не тебе?

Никогда раньше не видела, как гиппопотам заливается румянцем.

– Я… однажды я и вправду видела его тень, – призналась она. – Это был один из лучших дней, которые мы провели вместе. Мы тогда сидели рядом на стене храма в Саисе.

– Это город в дельте Нила, – пояснила Таурт. – Там обитала тогда наша хорошая подруга – Нейт, богиня охоты. Она частенько приглашала нас с Бесом, чтобы составить ей компанию на охоте.

Я тут же представила себе, как Бес и Таурт, два самых безобразных божества, увлеченно лазают по уши в болоте, держась за руки и время от времени покрикивая «Бу!» на всполошенных уток. Пришлось срочно приструнить разгулявшееся воображение.

– В общем, – продолжала Таурт, не переставая хлюпать, – однажды вечером, после ужина, мы с Бесом сидели рядышком на стене храма Нейт и любовались восходом луны над Нилом.

Она перевела на бога карликов взгляд, полный такого обожания, что я невольно замечталась, представив, как сама сижу на кромке каменной стены, проводя дивный романтический вечер с Анубисом… нет, с Уолтом… то есть… Черт! Моя жизнь – просто кошмар!

Я уныло вздохнула, прогоняя бесполезные мечты.

– Продолжай, пожалуйста.

– Мы просто сидели и болтали, так, ничего особенного, – погрузилась в воспоминания Таурт. – Держались за руки. Больше ничего такого.