Тень змея

И я отчаянно боялась за дух нашей мамы, который где-то в Дуате пытается спастись от вечного небытия.

Но больше всего на свете я переживала за Уолта. У всех остальных из нас все-таки есть шанс выжить, хоть он и ничтожный. Но даже если мы победим, Уолт все равно умрет. Если верить Сатни, он может не дожить даже до конца нашего путешествия в Саис.

Да мне и необязательно было слышать чужие слова. Достаточно посмотреть на него через Дуат. Фигуру Уолта окружала болезненная серая аура, она становилась все слабее и бледнее.

А ведь было и еще одно странное видение – то самое, возле зала Суда. Когда Уолт вступил в переговоры со стражем-шакалом, он обернулся, и мне на миг показалось, что он…

– Знаешь, Анубис хотел быть там, – прервал мои размышления Уолт. – Я имею в виду, в зале Суда. Он правда хотел с тобой увидеться… если вдруг ты об этом сейчас думаешь.

– На самом деле я думаю сейчас о тебе, Уолтер Стоун, – огрызнулась я. – Ты… твое время на исходе, а мы так толком об этом и не поговорили.

Вроде слов немного… но как же мне было трудно их произнести.

Уолт сидел, опустив босые ноги в воду. Промокшие кроссовки он пристроил сушиться на мощном хвосте Филипа. Вообще-то я не нахожу мужские ступни самой привлекательной частью тела, однако смотреть на ноги Уолта мне было приятно. Его пальцы были почти такого же цвета, как нильский ил.

(Картер недоволен, что я уделяю столько внимания описанию ног Уолта. Ладно, извини. Мне было проще сосредоточиться на его ступнях, чем на его таком грустном лице!)

– Самое позднее – сегодня вечером, – сказал он. – Но, Сейди, все в порядке.

Гнев поднялся во мне так внезапно, что даже меня саму эта вспышка застала врасплох.

– Прекрати! – рявкнула я. – Это даже близко не в порядке! О, конечно, ты уже говорил мне, как ты благодарен судьбе за встречу со мной и возможность изучать магию в Бруклинском Доме, а также за возможность поучаствовать в нашей войне против Апопа.

Я в сердцах треснула кулаком по спине Филипа, что, конечно, было несправедливо по отношению к нашему славному крокодилу. Да и на Уолта орать не стоило. Но я так устала от страданий. Я совершенно не приспособлена к постоянным потерям, жертвам и неисцелимым душевным ранам.