Тень змея

Мне так хотелось обнять Уолта, но между нами все время стояла непреодолимая стена – знание о том, что он умирает. И еще я так запуталась в своих чувствах к нему, что уже сама толком не понимала, что в них преобладает: не то обычное влечение к красивому парню, не то чувство вины, не то (осмелюсь предположить) любовь… или даже просто упрямое нежелание пережить очередное расставание с человеком, который мне небезразличен.

– Сейди… – Уолт обвел взглядом тянущиеся по сторонам болота. Лицо у него сделалось беспомощное, и винить его в этом я не могла.

Я и вправду вела себя несносно. – Если я отдам свою жизнь ради того, во что я верю… для меня в этом нет ничего плохого. Но ведь смерть – это не обязательно конец. Я говорил об этом с Анубисом, и…

– О боги египетские, снова ты за свое! – возмутилась я. – Пожалуйста, не говори мне об Анубисе. Я и так знаю, что он тебе наговорил.

Вид у Уолта сделался довольно растерянный.

– Знаешь? Правда? И… тебе эта идея не нравится, да?

– Конечно, нет! – заорала я.

Уолт совсем упал духом.

– Хватит, сколько можно! – продолжала я кипеть. – Мне известно, что Анубис – проводник мертвых душ. И он готовит тебя к загробной жизни. Конечно, он будет талдычить тебе, что все в порядке. Что твоя смерть будет достойной, а суд – краток, и после него ты сразу отправишься в древнеегипетский рай и будешь там блаженствовать вечность. Чертовски здорово! Ты станешь призраком, как моя бедная мама. Может, для тебя это и не конец света. Если тебе так будет легче примириться с судьбой – ладно, что ж тут поделаешь.

Но я не хочу об этом слышать! В моей жизни и так уже достаточно людей… с которыми я не могу быть вместе.

Мои щеки пылали. Мало того, что моя мама – привидение. Я не могу ни обнять ее, ни пройтись с ней по магазинам, ни посекретничать с ней по всяким девчачьим делам или спросить совета… Мало того, что меня разлучили с Анубисом – этим невыносимо-притягательным богом, при виде которого мое сердце завязывалось в узел. В глубине души я и так понимала, что у наших отношений нет будущего, учитывая существенную разницу в возрасте – пять тысяч лет все-таки, – но то, что другие боги запрещают нам даже видеться, добавляло соли на мои сердечные раны.

Так теперь еще и Уолт обратится в призрак и покинет меня… Это было уже слишком.

Я подняла на него глаза, опасаясь, что от моих выходок ему станет еще хуже.

К моему безмерному удивлению, он широко улыбнулся, а потом от души рассмеялся.

– В чем дело? – насупилась я.