Тень змея

Думаю, тебе следует знать, что происходит. Ведь я… я пробуду рядом недолго.

Я смотрел вниз, на проплывающую под нами бухту со статуей Свободы. Я ведь уже несколько месяцев знал, что Уолт умирает, и все равно не мог смириться с этой мыслью. Мне вспомнились слова Апопа в музее Далласа: Уолт не доживет до того, чтобы увидеть конец света.

– Ты уверен? – уточнил я. – Может, есть какой-нибудь способ…

– Анубис уверен, – сказал он. – Это случится завтра, самое позднее – на закате.

Я не хотел, не хотел этого слышать.

Еще один, самый невозможный из назначенных сроков. К сегодняшнему закату мы должны успеть спасти дух некоего злого мага. К завтрашнему закату умрет Уолт. А к послезавтрашнему, если нам всем крупно повезет и мы доживем до этого момента, можно будет готовиться к встрече конца света.

Всю жизнь, когда на моем пути возникали препятствия, я всегда реагировал одинаково. Как только мне начинало казаться, что что-либо невозможно, я начинал прикладывать еще больше усилий для достижения цели – из чистого упрямства.

Но на этот раз мне казалось, что Апоп от души надо мной потешается.

От злости у меня все внутренности завязались в узел. Я пнул борт лодки с такой силой, что чуть не сломал себе ногу.

Уолт растерянно сморгнул.

– Не смей говорить мне, что все в порядке! – рявкнул я. – Потому что ничего не в порядке!

Конечно, я злился не на него. Я злился на несправедливость судьбы, на это дурацкое проклятие, которое убивает моего друга, и на тот невыносимый факт, что люди, которые зависят от меня, продолжают гибнуть.

Мои родители отдали свои жизни ради того, чтобы дать нам с Сейди шанс спасти мир, а мы можем вот-вот его упустить. В Далласе десятки замечательных магов погибли только из-за того, что пытались помочь нам. А теперь мы должны лишиться еще и Уолта.

Конечно, для Сейди он значил очень много. Но и я во многом на него полагался. В Бруклинском Доме он, можно сказать, был моей правой рукой, моим главным помощником.

Другие ребята всегда прислушивались к его словам. Его сдержанность и спокойствие помогли нам пережить немало кризисов, и в любом споре его мнение было решающим. Я спокойно доверил бы ему любой секрет – и даже изготовление статуэтки для экзекрации Апопа, о чем я не смел заговорить даже с собственным дядей. Но если Уолт умрет…

– Я этого не допущу, – заявил я. – Я отказываюсь.