Тени белых ночей

— Да, я не об этом, я о том, что твой отец чародей

— Я не знаю, я никогда не чувствовал в себе эти способности

А Марина посмотрела на бабулю и сказала:

— Что-то мне кажется фамилия чародея знакомой,

Потом её взгляд упад на перстенёк, который ей дал Глеб… Зимин

— Неужели, — подумала Марина, неужели Глеб и Владимир братья?

— Ба, помоги мне встать, схожу в душ, — проговорил Владимир, который и выглядел бодрее и уже не был таким бледным, и добавил — и от всех этих новостей есть захотелось.

Ольга Григорьевна отложила в сторону тетрадь, которую так и держала в руке и вышла на кухню.

Марина сразу же схватила тетрад и стала листать. Моно было и не листать, там лежала закладка.

— Вероятно, Ольга Григорьевна заложила её для себя, — подумала Марина и стала читать

Прочитала и задумалась: — неужели так просто?

Аккуратно закрыла тетрадку, положила на место и сразу пошла на кухню помогать бабуле готовить и не видела, как книжечка полыхнула красненьки, «посылая» сигнал своей хозяйке, что информация была доведена.

А стоящая на кухне в этот момент Ольга Григорьевна улыбнулась:"

"— Молодец, девочка, ты справишься.

Ольга Григорьевна спросила:

— А как ты себя чувствуешь, Марина

Марина сразу поняла в чём вопрос, но она точно пока никого не хотела, ну кроме Мира.

Если бы здесь не было Ольги Григорьевны, то она бы нашла момент «поприставать» к любимому, она так давно его не видела

— Ольга Григорьевна, — спросила Марина, — а вы знаете сколько мне осталось?

На этих словах вернулся Владимир, волосы у него были влажные, переоделся он в какие-то домашние брюки, на торсе была надета белая футболка, гневно взглянул на бабушку и спросил:

— Что ты ей сказала, бабуля

— И тебе привет, внучек, а почему такой тон, — не осталась в долгу Ольга Григорьевна.

— Прости, бабуля, я просто нервничаю, задам вопрос по-другому:

— Почему вдруг вы начали обсуждать эту тему?

Марина поспешила успокоить любимого, прижалась к нему и так они и сели за стол «прижатые»

Ольга Григорьевна встревожено спросила Марину:

— Тебе холодно?

Марина кивнула головой.

Пока ели, думали над планом. Владимир хотел идти в Сопротивление, но не хотел туда втягивать Марину. Марина спорила, надувала губы и не соглашалась оставаться в стороне:

— Я и так втянута в эту войну, по самые мои уши, поэтому иду с тобой

После еды, Марине захотелось ещё плотнее прижаться к Миру.