Тени чёрного пламени

Но по некоторым данным, именно оттуда во внутренние области Зоны идут вертушки, однако, что они там делают, никто не знает. Охрана чисто украинская, однако я видел в местной инфосети сообщения и фотографии въезжающих на территорию полигона крытых грузовиков с военными номерами сил НАТО. И у местных вояк, стерегущих периметр, ресурсов существенно поубавилось, поэтому достать что-то по старым каналам снабжения контингента удается все реже и реже. И не потому, что не продают, а просто продавать стало нечего. Знак тревожный.

Поскольку периметр по-прежнему нужно удерживать, а как это делать без снаряжения и боеприпасов? Нехорошие сигналы, очень нехорошие. Зато оживились местные спекулянты. Тара ломит астрономические цены, и я уже начал подумывать о налаживании собственного канала поставки, хотя пока это только проект. Все упиралось в транспорт, кроме того, нужно проверить, а будет ли это выгодно. Экономика никогда не была моей сильной стороной, поэтому задумка шевелилась в своем уголке сознания, и не более того.

Сообщение от Юриса оказалось малосодержательным. Друг писал, что сообщение о Буревестнике как о реальной фигуре вызывает у сообщества вольных стрелков только легкое недоумение. Похоже, о нем давно никто ничего не слышал. Как сечевые вышли на него и смогли нанять, никто даже не может себе представить. Все считали Зана покойником, причем довольно давно. Юрис напросился за стол к компании наемников, иногда берущих контракты от «Державы», те тоже ничего про Зана не слышали. Однако один из них опознал по фотографии белобрысого владельца редкого артефакта, показанного мне Сажей.

Им оказался недавно пришедший в Зону норвег, некто Харалд Дансель. Кроме имени, Юрису ничего конкретного выяснить не удалось. Вроде служил в афганском корпусе НАТО, потом был в Ираке, но это лишь общие слова. Большинство наемников и вольняг в Зоне – это бывшие вояки или менты. Хотя это лучше, чем ничего. Присев у подножия невысокого холма, я отстучал Слону сообщение с новой радиочастотой, поскольку старая раскрыта, и приказал пока вести расспросы. Резких телодвижений сейчас совершать не стоит. Про норвега лучше расспросить Серого и Одессита, не может быть, чтобы такой человек не оставил совершенно никаких следов.

Вдумчиво перекусив завалявшимися на самом дне рюкзака сухарями и запив теплой водой из практически пустого «горба» поилки, я поднялся и пошел почти строго на юг, огибая холмы. На Кордоне бывать приходилось редко, поэтому от любых построек лучше держаться подальше.