Тени чёрного пламени

Однако из-за ветра радиационный фон несколько повысился, и это вполне могли оказаться глюки «ночника». Больше всего напрягало собственное невежество по поводу боевых возможностей Ждущих в Темноте. Поэтому приходилось вспоминать все, что я знал о пауках из школьного курса биологии. Но все это было так давно, а опыт столкновений с пауками в бою так скуден, что никакой толковой тактики придумать не получалось. Переключившись на шифрованный канал, я вызвал репликанта и, чтобы не вызывать подозрений у сечевых, пошел рядом с передней повозкой.

Девушка откликнулась сразу, и не сказать чтобы мой вопрос ее сильно удивил.

– Послушай… Ксения… Ты солдат, там у себя?

– Нет, я не воин. Мое призвание – это шак-тха. Вы зовете это умение «разведка». Но у нас это гораздо шире.

– Но стреляешь ты очень хорошо.

В последовавшем ответе репликанта мне послышались веселые нотки. Похоже, мои вопросы ее каким-то образом забавляли.

– Наши воины гораздо крупнее… сильнее женщин.

Слова опять застряли у меня в горле, тем более что вопрос вырвался непроизвольно.

Отчего пришла запоздалая досада за свое праздное любопытство в такой неподходящий момент.

Девушка ответила дрожащим от смеха голосом, что я все же стерпел, почтя наказанием за глупость:

– У нас с людьми больше общего, чем тебе кажется, Ступающий.

Переждав, пока стыд немного уйдет, я все же перешел к тому, ради чего начал этот разговор:

– В таких условиях, как сейчас, как бы напали Ждущие в Темноте?

Голос репликанта в одно мгновение стал совершенно иным.

Сейчас в нем звучали собранность и сосредоточенность. Будь она человеком, я решил бы, что ненависть Ксении к паукам ненамного слабее моей собственной.

– Они боятся холода, паучья кровь медленнее разбегается по жилам. Именно для этого они носят доспехи. Но века эволюции никуда не денешь, будь это песчаный шторм, мы бы уже сражались с ними.

– Значит, сейчас нападения не будет?

– Их цель сейчас – устранить тебя. Пройти через портал могли только четверо.

Нет, рисковать успехом ради скорости не в их привычках.

Слышать этот голос так долго было нестерпимо. Находиться рядом – еще более мучительно, поэтому, скомкав конец беседы, я снова пошел вперед. Вынув ПДА, я глянул на еле видимый экран коммуникатора и сверился с картой местности. Колонна шла почти так же медленно, как если бы мы забрели в призрачные пустоши серых земель. К пяти тридцати утра мы продвинулись вперед всего на два десятка километров.