Онлайн-библиотека книг
– Ну что же, – Лариса Васильевна затянулась глубоко, – ну что же… Первое, когда они меня в машину засунули, то могу сказать – авто «Русс-Балт», покрыто черным лаком, внутри обивка из черного шевро.
– Это Вы здорово приметили, – удивился Мартынов.
– Записываешь? – спросил он у сотрудника.
– Так точно."
"– Пиши, только детали не потеряй. И что дальше?
– А дальше они на меня шлем летный надели, задом наперед, чтобы глаза закрыть. Так шлем этот вонял поддельным одеколоном «Коти». Приехали. Провели меня в дом и сняли шлем.
– А как они себя называли?
– Ричард и Альфред. Только морды у них больше для Ванек сделаны. Рассказывать, как было?
– Конечно.
– А молодой человек не смутится?
– Ему по должности не положено.
– Хорошо, – Лариса Васильевна закурила новую папиросу.
– Я, Федор Яковлевич, не такое видела. Две недели в семнадцатом с Кавказского фронта в Москву добиралась.
– Чем, чем? – удивился Мартынов.
– Бумажками, которыми пачки денег опечатывают.
– И много их было?
– Прилично. Потом во дворе они на меня шлем напялили, но я вторую машину увидела «Рено». Потом меня выкинули на окраине. Ничего не взяли, кроме денег. Но я добралась.
– Спасибо Вам, Лариса Васильевна. Ох, какое спасибо!
Манцев читал какое-то старое дело.
В дверь постучали, и сразу же вошел Мартынов.
– Василий Николаевич, прочтите протокол допроса потерпевшей Соболевской.
– Певица из кабаре «Не рыдай»?
– Именно.
Манцев взял, начал читать.
– Федор ну прямо Мопассан.
Мартынов деликатно промолчал.
– А вот это интересно, печку растапливал денежными бандеролями. Уж не эти молодцы в Старо-Ваганьковском на машину с деньгами напали?
– Возможно, и похоже очень.
– Бросай все, Федор, и ищи эту сволочь, пока они все деньги не пропили.
– Трудновато, три с гаком миллиона.
Кафе «Домино»
Татьяна и Леонидов начали прощаться с друзьями.
– Пора, у Танечки репетиция серьезная…
– «Чайка», – засмеялся Мариенгоф, – Таня – Нина Заречная.
