Тени прошлого. Восставшие

Замполит и инженер стояли рядом, курили.

– Ну что, отцы командиры, – посмотрел на них комэск, – какие мысли по Фролову?

Старший инженер ответил:

– Для меня очевидно, что он вел бой с духами вместе с разведчиками. Скорее всего, был ранен и захвачен в плен. Как и бойцы взвода с Павловым.

Комэск перевел взгляд на замполита:

– А ты что скажешь, Андрей?

– Согласен с инженером. О добровольной сдаче речи быть не может. Не тот человек Фролов, да и десантники не сдаются. Вопрос, для чего они духам, проще было добить здесь.

– Ну на это у них могут быть причины, – проговорил Елагин.

– Подразумеваете показательную казнь в местных селениях?

– Не только. У Царандоя много духов разных мастей. У духов не меньше родственников. Могут и предложить обмен.

– Это было бы хорошо, – сказал инженер.

Елагин затушил окурок.

– Перед вылетом экипаж узнал, что жена Фролова подала в Союзе на развод.

– Сука, – только и проговорил инженер.

– Сука не сука, а ей сообщить о пропаже мужа.

– Ну значит, с разводом облом получится. Пропавший без ввести погибшим не считается. С ним не разводят. А почему вы вспомнили об этом?

Елагин пожал плечами:

– Не знаю! Так вспомнил. Говорили, он очень любил ее!

– Я тоже разведусь, как вернусь в Союз, – неожиданно заявил старший инженер.

Комэск и замполит не без удивления посмотрели на капитана Кузнецова.

– А это еще почему? – спросил Елагин.

– Не верю, что ждет она меня верно.

– Кто-то стуканул из дома? – поинтересовался замполит.

– Нет. Доказательств измены нет, но и веры нет. И вообще, прежней жизни, той, довоенной, уже не будет. Я стал другим. Да и она тоже.

– Это, конечно, твое дело, – сказал замполит, – но не спеши.

– А чего тянуть, раз веры нет? Господь детей нам не дал, разбежимся, и каждый начнет новую жизнь.

– Уверен, что новая жена будет лучше прежней?

Елагин оборвал офицеров:

– Нашли, о чем говорить.

Замполит и инженер замолчали.

– Представляю, что сейчас происходит в гарнизоне.

– Да-да, – протянул замполит, – чертова война. И кому она нужна была?

– Это говоришь ты? Заместитель по политической части? Который должен постоянно твердить, что нет ничего выше интернационализма?

– Да, это говорю я. Потому что… впрочем не важно, почему.

Капитан Уткин отошел от валуна.