Тени сгущаются

Как только в траве промелькнула чужая шкурка, Жук залился громким лаем, сорвался с места и помчался к зверьку. Суслик испуганно вздрогнул, приподнял голову, а потом шустро метнулся назад и скрылся в подземном туннеле.

Глаза Жука широко распахнулись. Он бросился к норке, но не рассчитал скорость и врезался в неё мордой, окатив себя с головы до лап комьями рыхлой земли. От удара зев норы осыпался, и голова Жука застряла внутри. Пару секунд его лапы продолжали молотить воздух, как будто он продолжал бежать, но потом незадачливый охотник неуклюже извернулся и выбрался наружу, тряся головой и непрестанно чихая из-за забившей ноздри грязи.

На морде и усах Жука всё ещё висели прилипшие крупицы земли, когда к нему подлетела Колючка и залепила лапой мощную оплеуху.

— Ты идиот, братец! Ты спугнул суслика!

— Не называй меня идиотом! — выплюнул забившуюся в пасть землю Жук.

Гроза разочарованно рыкнула. «Он не только спугнул этого суслика. Он со своею сестрицей распугал нам всю живность на лугу.

Брат и сестра всё ещё рычали друг на друга. Наклонив назад уши и обнажив клыки, Гроза встала между ними. Попытавшись обогнуть живую преграду, Колючка снова ринулась к Жуку, но Гроза оттолкнула её назад. И в тот же миг её мышцу пронзила такая острая, опаляющая боль, что собака чуть не задохнулась.

На шерсти проступила тёплая влага. Повернув голову, Гроза увидела, что рана, нанесённая Клыконосом, опять вскрылась и сочится кровью.

Гроза яростно щёлкнула клыками на Колючку и тут же повернулась к Жуку.

— Прекратите свои разборки, вы оба! Вы ведёте себя, как маленькие щенята! От Кувыркушки и Пушинки и то было бы больше пользы… А вы только и можете, что ссориться по всяким пустякам!

Колючка и Жук разом съёжились и низко пригнулись к земле, их глаза наполнились виной и стыдом.

— Прости, Гроза, — прошептал Жук. — Я не хотел, чтобы…

— Конечно, ты не хотел. Всё произошло по твоей глупости и безрассудству, — укол боли, пронзивший плечо Грозы, только сильней распалив её гнев.

Поджав хвосты и плотно прижав к голове уши, Колючка и Жук отпрянули от Грозы.

Из глоток обеих собак вырвались прерывистые всхлипы.

— Прости нас, Гроза! Нам, правда, жаль, что так вышло.