И, если ты не хочешь закопать нас глубоко, ты просто сейчас оть*бешься от меня с Гессем.
– Я знаю, кто такой Исай, – проговорил зло. – И всегда был против криминала, но речь идет просто о помощи. Я бы не согласился на что—то грязное, слышишь?
Он подходит ко мне.
– Через клуб будут проходить суммы, – шепотом, склонившись к плечу. Понимаем оба, что здесь и стены имеют уши, но другого варианта нет.
– Ему нужен способ прогнать бабки с дел. Да, это нездоровая х*йня, мы можем встрять. Но, если ты зависнешь здесь на пятнашку – будет намного хуже.
Нейман отстраняется, в глаза мне смотрит.
– Ты мне нужен, Варламов. А моему сыну нужен крестный, так что запихни свои принципы глубоко в себя и подумай о семье!
Я не могу на это пойти. Один раз уже там был, и слишком большую цену пришлось заплатить.
– Из-за этого убили Потапа. И я был зачинщиком…
– Тогда был выбор. Сейчас – нет. Мы должны рискнуть.
– Нет.
Внутри все разрывало. Подошел к двери и постучал пару раз, желая убраться отсюда. Не позволю Нейману зарыть нас всех в глубокую яму.
Есть другой выход. Мне просто нужно время, чтобы найти его.
– Лука, – окликнул Илай.
Слышал, как скрипит дверной засов. Обернулся, посмотрел на друга. Он стоял посреди этой маленькой, убогой комнатки. Высокий, здоровый шкаф. Братское сердце, пусть даже с неподходящей мне группой крови. Они – моя семья. И я не хочу подставлять их будущее ради собственной свободы.
– Мне нужен ответ сейчас, – проговорил негромко, ни на секунду не отпуская моих глаз. – И ты понимаешь, что речь идет не только о тебе.
Замешан Дема, а у него мать больная. Ты же не хочешь сломать жизнь пареньку?
Прикрыл глаза, стиснув челюсть. Знает ведь, чем брать.
– На выход, – рыкнул конвоир.
Я послушно прошел в коридор и встал лицом к стене. Прикрыл глаза, пока мент надевал оковы.
«У тебя просто нет другого выбора, и ты это прекрасно знаешь».
Громкий голос Неймана эхом в ушах. На всем пути до камеры. Ни на секунду не отпускал.
Глава 3. А как ты справляешься с болью?
ИяХолодно.
Кажется, каждая клетка тела уже пронизана насквозь омерзительным состоянием. Он ушел. И правильно сделал, что ушел. Такие, как он не возвращаются.
Варламов никогда не должен был стать моим. Вселенское недоразумение, глупая ошибка – вот к чему сводится итог нашей с ним первой встречи. Я ничтожество. Уродливое и жирное. Зеркало, рассыпанное осколками, под моими ногами – лучшее тому доказательство.
Я ненавижу свое отражение и больше никогда-никогда не хочу себя видеть.
