Тернии Великого разлома

— Да-да, мой господин несказанно огорчён, — он покачал головой. — Вы так и не воспользовались приглашением посетить один из светских балов, организуемых Его Сиятельством в субботние дни каждой недели, — попенял он мне на явное прегрешение перед уважаемым префектом. — А на этих балах, уважаемый Феликс, всегда собираются представители всей городской элиты аристократов, — продолжилась критика, смахивающая на выражение искренней досады, по большей своей части. — И оные господа, кои тоже желали познакомиться с вами, высказывали недоверие Маркизу Аврааму Роттердаму.

Как мол, да почему господин Феликс не появляется столь долгое время? Вы же пропустили уйму балов, — он опять огорчённо покачал головой. — Вот Его Сиятельство и закручинился… Но вы не переживайте, Его Сиятельство быстро оттаяли, так как ему донесли о неотложных делах вашей милости, покинувшей и Ляпин и Восточные Земли!

Он остановился в своём монологе и замер, рассчитывая на получение от меня пары фраз с извинениями.

Что ж, я не стану разочаровывать поверенного, тем более что мне и самому необходима встреча с уважаемым Префектом.

— О-хо-х-х! — я создал страдальческую мину виновника крушения целого мира, осознавшего всю тяжесть содеянного. — Сэр Бартоломей, заверяю Вас, я лично попрошу у него извинения за этот проступок! — я склонил голову на пару мгновений. — Конечно же, если приглашение к посещению замка Маркиза всё ещё в силе, — поспешил я поправиться, дабы прояснить всю степень огорчения Префекта Роттердама.

Выражение полнейшего удовлетворения заняло место на лице поверенного, получившего желаемый результат от своего красноречия.

Да, собственно, я даже рад встрече с ним, как и этому разговору. Теперь мне не понадобится искать повод, чтобы добиться аудиенции у Маркиза. По крайней мере, я искренне на это надеюсь.

— Может вы, уважаемый Сэр Бартоломей, замолвите за меня словечко, и отразите степень моего отчаяния? — я решился на некую лесть поверенному.

 — Уж вы, как никто иной знаете привычки господина Префекта, — я продолжил блистать дипломатией. — Как и наиболее полно разбираетесь в характере его сиятельства, Маркиза Роттердама. Поговорите с ним, и передайте от меня заверение в острейшей необходимости встречи! Разумеется, если он сменил гнев на милость! — я выразительно закончил своё обращение, глядя на поверенного с виртуозно исполненным образом человека, надеющегося на оказание содействия.