Терпкий запах страсти

Новый персонаж держал в руках пластиковый поднос, на котором высились пара тарелок и стакан, наполненный розоватой жидкостью. От подноса поднимался вверх легкий парок, несущий с собой обалденные ароматы жареного мяса, сливочного масла и сдобы. К ним примешивались запахи фруктов и черного хлеба.

- Видишь, я могу быть добрым! - заявил Бронич с ноткой самодовольства, когда его подчиненный поставил поднос на стол и с легкостью пододвинул к нему кресло вместе со мной. - Ешь, я не хочу чтобы ты сидела голодная.

- И откуда такая забота! - неожиданно вырвалось у меня язвительное замечание.

- Считай, это инвестиции в будущий многомиллионный проект, - хохотнул он. - Феликс, развяжи ей одну руку.

- Какую, пан?

- Левую.

Он явно издевался! Но я молча проглотила готовые сорваться с губ ругательства и подождала, пока этот Феликс распутает веревки на левом запястье. Потом подняла руку, подвигала ею, радуясь тому, как быстро затекшая конечность восстанавливает работоспособность. Несколько раз сжала и разжала пальцы, покрутила кистью.

- Хорошая регенерация, - одобрительно произнес Бронич, наблюдая за моими действиями. Он сел за стол, на свое обычное место, а вот его приспешник устроился у дверей, приняв позу кремлевского часового. - Думаю, это еще и благодаря беременности.

- При чем здесь это? - пробормотала я, пытаясь левой рукой взять вилку и приспособиться так есть.

- Обмен кровью между матерью и младенцем - и всякое такое.

- Господи, какие младенцы?! У меня срок меньше двух недель!

Я злилась, гоняя по тарелке скользкий кусочек мяса, который никак не хотел накалываться на вилку, а между тем, в животе уже начинало урчать.

- Ну, ты женщина, тебе виднее.

Пан Бронич довольно улыбался и поглядывал в мою сторону с напускным благодушием, прямо няшка, а не хладнокровный шантажист, которым он был всего четверть часа назад!"

"И вот, когда я наконец-то насадила на вилку вредный кусок мяса и даже засунула его в рот, меня словно током ударило.

Я замерла, испуганно хлопая ресницами. Ощущение было такое, будто в абсолютно пустой и темной комнате внезапно врубили свет и громкоговоритель! Во мне что-то выло, визжало, рычало, причем на разные голоса, и среди всей этой какофонии я неожиданно вычленила знакомые нотки, в которых узнала голос Анджея.

Бронич резко сел и уставился на меня, шумно внюхиваясь в исходящий от меня запах, а его подельник подобрался, как зверь перед прыжком.