Савелий не раз убеждался в том, что близкие люди, любящие друг друга, начинают чувствовать, как обычно чувствуют друг друга близнецы: грозящую другому опасность, болезнь.
Побывав на Втором космическом Сходе, где Учитель заверил его, что Космос берет на себя заботу и о его близких, Савелий был уверен, что непосредственно жизни Воронова ничто не угрожает, однако если прав Богомолов, то опасность, настигшая его брата, не менее серьезна, чем смерть. И потому он должен как можно скорее попасть в Нью-Йорк, чтобы прийти к нему на помощь.
С мыслями об этом Савелий и заснул.
Тем не менее во сне к нему явился не Андрей Воронов, а Розочка: почти в деталях повторился ранее виденный сон. Почему-то Савелию пришло в голову, что идиллия, которую он сейчас, во сне, наблюдает, очень походит на картину великого Рафаэля - ""Madonna della Sedia"": в старинном роскошном кресле сидит Розочка и, нежно обняв упитанного мальчугана, прижимает его к своей груди. Савелия эта сцена настолько поразила, что он даже хотел спросить, что это за мальчуган, но в этот момент заметил, что и Розочка, и младенец смотрят на него с укором и тревогой.
- Почему ты так на меня смотришь? - спросил Савелий.
- А разве ты не понимаешь? - с грустью ответила Розочка.
- Что я должен понять? - удивился он.
- Боже, какой же ты у меня глупенький, - ласково сказала она и вдруг заразительно рассмеялась.
- Как же я соскучился по тебе!
- Так почему же не приезжаешь?
- Я приеду. Приеду очень скоро.
- Савушка, родной мой, будь осторожен! - неожиданно воскликнула она с болью в голосе.
- О чем ты?
- Будь осторожен! - повторила она, и ее изображение, как и образ ребенка на ее руках, стало таять на глазах, однако ее голос продолжал и продолжал повторять, даже тогда, когда они совсем исчезли из виду: - Будь осторожен, родной! Будь осторожен, родной!..
И после этих слов, буквально на несколько мгновений, во сне появился Воронов. Он стоял в каком-то темном помещении в икс-образной позе: ноги расставлены, руки подняты кверху, голова бессильно опущена на грудь.
Его руки и ноги были закованы в цепи. Андрей поднял голову и тихо попросил:
- Братишка, спаси меня!
- Кто тебя заковал в цепи?
- Спаси меня! - повторил он.
- От кого?
- От меня самого!
- От с е б я? О чем ты говоришь?! - удивленно воскликнул Савелий, но ответа не получил: Андрей растворился точно так же, как и Розочка.
Савелий хотел крикнуть что-то ему вдогонку, но его окутала тьма, и он забылся...
