— Но взрывчатку он продаст только после того, как убедится, что покупатель не из милиции, не так ли? А это означает, что с продавцом все-таки надо познакомиться, чтобы не вызвать у него подозрений. Таким образом, покупатель во всяком случае должен запомнить того, кто продал ему взрывчатку. И тем не менее, подсудимая категорически отказалась даже описать его, помочь составить фоторобот… Мне кажется, тут раскаянием и не пахнет.
— Нет, нет, она раскаялась, — поспешно перебил Пилюгин и повторил: — Она искренне раскаялась.
— Но ваши утверждения ни на чем не основываются, кроме… Впрочем, ладно, не буду, — прокурор с хитрой улыбкой развел руками. — У меня больше нет вопросов, ваша честь.
— Свидетель, вы свободны, — сказала Алевтина Петровна. — Можете занять свое место в зале. Кто там следующий?
Малыш в шерстяном комбинезончике сидел на коленях у Галки и энергично сосал из бутылочки с питательной смесью. Пухлые щечки ходили ходуном, а выпученные глазки были полны блаженства.
— Смотри, все сожрал, — сказала Галка с улыбкой.
— Вот это аппетит!
Витька присел рядом на кровать.
— Может, позвонишь отцу?
— Зачем? — спросила Галка.
— Ну, как там суд идет? Или уже кончился?
— Когда кончится, папка сам позвонит. И тетя Полина позвонит. Не психуй ты, Витька, все будет нормально. Они скоро приедут! Папка сказал, тете Полине срок условный дадут.
— Он-то откуда знает? — недоверчиво посмотрел на нее Витька.
— А он с судьей разговаривал. Она ему обещала. Так что сиди и не дергайся — все будет хорошо.
— Сейчас с Мишенькой гулять пойдем, а там и папка приедет.
Голос судьи Блинковой гремел на весь зал:
— …Приговорить к четырем годам заключения в колонии строгого режима. Приговор вступает в силу с момента оглашения. Подсудимую заключить под стражу с момента оглашения приговора. Приговор может быть обжалован в вышестоящей судебной инстанции в течение десяти дней.
Пилюгин стоял, словно оглушенный. Когда Блинкова произнесла «приговорить к четырем годам заключения в колонии строгого режима», он вздрогнул, ему показалось, что он ослышался.
Майор вскинул голову, вопросительно посмотрел на судью, но Алевтина Петровна ледяным голосом дочитала приговор, захлопнула папку, зыркнула в сторону Пилюгина и покинула зал.
Полина вышла из клетки, и милиционер надел ей наручники. Пилюгин встретился с ней взглядом, ему показалось, что она что-то тихо произнесла, но он не услышал — застыл, как пришибленный, и не мог шевельнуться.
