— Нет… — мальчик отступил назад. — Не хочу.
— Джек! — позвал Иван Витальевич. — Иди ко мне, Джек!
Собака решительно пошла на веранду, чуть не оттолкнув Витьку с дороги, и встала перед Иваном Витальевичем, а тот стал гладить ее, трепать по холке, приговаривая:
— Хорошая собака… очень хорошая собака…
Витька оглянулся на них и не спеша побрел по дорожке к калитке. Выйдя с участка, он остановился, достал из кармана записку матери и вновь прочитал: «Любимый сыночек, дружок! Привыкай жить один… Целую, мама». Он сунул записку обратно в карман и быстро пошел по узкой улочке между дачными заборами.
Он пришел на станцию как раз, когда подкатила электричка. Прошел в вагон и сел на свободное место у окна. Яркое солнце било в глаза, вагон покачивало, и за окном мелькали полустанки, дачные поселки с красивыми домами. Витька смотрел в окно…
Керим Тулегенов и Андрей Голубев сидели за своими столами и явно скучали. Голубев лениво раскладывал в компьютере пасьянс и курил, Тулегенов листал глянцевый журнал с многочисленными фотографиями знаменитых артистов и шоу-звезд, время от времени причмокивая языком и качая головой, когда фото были особенно пикантны.
Три других стола в комнате были пусты."
"Через зарешеченное распахнутое окно доносился шум улицы. С первого этажа, из дежурки, доносились громкие голоса. Иногда звонил телефон, и офицеры по очереди брали трубку.
— Капитан Тулегенов слушает. О, привет, привет. А когда едете? Завтра? Нет, не смогу. Дежурю. Ладно, в другой раз. Пока.
И снова звонок.
— Возьми трубку, Андрей, твоя очередь, — сказал Тулегенов.
— Старший лейтенант Голубев, — нехотя произнес старлей. — Гражданка, по этому вопросу к своему участковому обращайтесь, здесь занимаются серьезными делами. Какими? Убийствами, вот какими! — Он положил трубку, чертыхнулся и вновь защелкал «мышкой», перекладывая карты.
— О, анекдот хочешь? — оживился Тулегенов. — Мужик говорит бабе: «Зина, выходи за меня замуж». А она ему: «Ты утром протрезвеешь и передумаешь». «Нет, Зина, клянусь, нет», — говорит мужик.
«Не передумаешь?» — спрашивает Зина. «Не протрезвею», — отвечает мужик. — Керим Тулегенов громко захохотал.
Голубев лишь улыбнулся. Тут зазвонил мобильный, и старлей поднес его к уху:
— Да, слушаю. Ну сказал же, не могу раньше. В шесть освобожусь, в шесть. Если какого-нибудь ЧП не будет. Я перед выездом позвоню. Ну, пока, обнимаю.
— Ты отчет закончил? — спросил Тулегенов.
— Еще вчера. Смотри, Пилюгину не ляпни. А то он еще что-нибудь на меня повесит.
