— Надо с мамой говорить. Знаю я этих врачей…
— Ты знаешь? — быстро обернулся Пилюгин. — Наглая ты стала, Галка, разбаловал я тебя… Она знает! Что ты вообще знаешь?
— Знаю. Денег им надо! Мне Маринка-одноклассница рассказывала. Мама у нее весной рожала, так врачи Маринкиного отца так запугали — он им три тысячи баксов заплатил, да еще какие-то лекарства дорогущие доставал. А роды прошли нормально.
— Не-ет, я не в ГАИ работаю, у меня таких бабок нету… — Пилюгин нахмурился. — Доктор хочет, чтобы я отговорил маму рожать.
Для нее это сейчас опасно.
— Ой, а что же делать? — испугалась Галка. — Мама ни за что не согласится… А почему тебя к ней не пустили? Ей так плохо?
— Плохо…
В это время заверещал мобильник.
— Слушаю… Да, понял. Через час буду…
— А почему ты мою мелодию заменил? — спросила Галка.
— Потому что дурацкая мелодия.
— Да что ты понимаешь, папка? — Галка повернулась к Витьке: — Представляешь, я ему такую классную мелодию на мобильник поставила — Диму Билана, а он заменил! Все-таки раздолбай ты у меня, папка…
Пилюгин резко нажал на тормоз — машина с визгом остановилась, Галку и Витьку бросило вперед.
Пилюгин обернулся с перекошенным от злости лицом:
— Если ты еще раз скажешь это слово или другие ругательства, я тебе так по шее надаю — ты всех Биланов забудешь, поняла? Не слышу ответа — поняла или нет?
— Поняла, поняла… — испуганно отозвалась Галка. — Хватит тебе из мухи слона делать, папка… я ругаюсь, когда ты меня сильно достанешь…
— Ты меня больше достала.
Маленькая матерщинница! Где ты только этой дряни набираешься?
— Там же, где и ты набирался… — улыбнулась Галка.
Майор Пилюгин вошел в «предбанник», взглянул на секретаршу, сидевшую за столом у окна:
— У себя? Свободен?
— Пока свободен, — секретарша быстро постукивала по клавишам. — Идите побыстрее, Михаил Геннадьевич, а то у него через полчаса совещание.
Полковник Судаков сидел за большим письменным столом и читал какую-то бумагу. Он поднял вопросительный взгляд на Пилюгина:
— Я тебя не вызывал.
— Я сам пришел. Нужно.
— Садись. Говори.
Пилюгин присел, достал из кармана пачку сигарет, взглянул на полковника и быстро убрал обратно в карман:
— Я по делу Полины Ивановой.
— Террористка, что ли? Мне тут с утра телефон обрывают — подробности требуют. Спрашивают — а правда, что у майора Пилюгина роман был с этой Ивановой? А потом он ее бросил, и она из ревности решила весь убойный отдел подорвать… — полковник издевательски улыбался.
