А человек все бросил и приехал помочь. Ей спасибо сказать надо, а ты ее ешь поедом! Житья ей не даешь!
Галка вскочила из-за стола, резко отодвинув чашку. Чай расплескался.
— Ну и пожалуйста! Я могу вообще из дому уйти, если так всем мешаю!
— Галка, ну, не смеши меня, — поморщился Пилюгин. — Это мне впору бежать куда глаза глядят… А ты? Ну куда ты денешься?
— А у Витьки Иванова квартира пустая. Я к нему и попрошусь жить. Что, съел? — и Галка показала отцу язык.
— У какого Иванова? — не понял Пилюгин.
— Ах, у этого… Вы уже так подружились, что он тебя к себе жить пустит?
— Да, закон дружбы, знаешь ли… Он у нас жил. Теперь я у него поживу.
— Ладно, не чуди. Поругались чуть-чуть — и хватит. Иди спать, Галчонок. Тебе завтра утром до школы надо погулять с Мишенькой.
Галка молча пошла из кухни.
— Эй! — позвал Пилюгин. — А отца на ночь поцеловать?
Галка вернулась, чмокнула отца в щеку и так же молча вышла.
В химчистке работала другая приемщица, пожилая, худая, высокая женщина.
У стойки стояли в очереди четыре человека с сумками. Женщина осматривала светлый шелковый плащ:
— Работа будет стоить семьсот рублей.
— Почему так дорого?
— Ткань тонкая, высококачественная… шелк… выводить пятна очень сложно. Если цена не устраивает, можете обратиться в другую химчистку, государственную. Там возьмут дешевле, но вещь испортят…
— Хорошо, когда будет готово?
— Через неделю, — выписывая квитанцию, сказала женщина.
Она приняла деньги, убрала с прилавка плащ, и тут к прилавку протиснулся Валерий Чистов.
— Скажите, пожалуйста, Полина Иванова когда работает?
— Она больше здесь не работает, — женщина посмотрела на Валерия почему-то испуганно.
— Что, уволилась? Давно?
— А вы кто?
— Друг.
— Если друг, то должны знать, что она… в тюрьме.
— Неужели? Вот это номер, — улыбнулся Валерий. — За что?
— А это вы у нее сами спросите, — уже со злостью ответила приемщица и обратилась к следующему клиенту: — Что у вас?
Валера вышел из химчистки, закурил и долго стоял, пуская дым и глядя в небо.
Потом отбросил окурок и медленно пошел к своему джипу. Шел, опустив голову, и пинал носком ботинка камешек… Вдруг резко повернулся и пошел обратно.
Приемщица была одна.
— Мне бы адресочек Полины… может, чем помочь смогу… — и Валера положил на стол тысячную купюру.
Витька спрыгнул с автобуса и бодро зашагал по улице. Высокие дома стояли буквой «п», образуя закрытый двор, почти сплошь заставленный автомобилями.
