Теща горного короля

Все равно ведь ничего не выйдет. А если бы и вышло? Спать с нелюбимым мужчиной ради власти, рожать от него детей... То же, что Юниа заставила сделать свою дочь. Любила ли она Айгера в юности – хоть немного? Я снова вспомнила то, что досталось мне от нее. Желание, страсть – да, это было, но любовь ли?

И тут же всплыло в памяти уже мое. Наше со Славкой. Как он сел рядом со мной на лекции по истории Дании. Как мы кормили ректорских уток на Университетской набережной и первый раз поцеловались. Как однажды летом выбрались на крышу общаги и встречали там рассвет, а потом занимались любовью.

Такие теплые, светлые воспоминания… Потом я больше уже никого не любила – не считая, конечно, Айгера. Я бы попыталась исправить свою ошибку, глупую, подлую, если бы Славка не погиб. Если бы смог меня простить. Юниа действительно мой темный двойник. У нее была возможность, но не было желания что-то исправить.

А еще я снова подумала о ехидстве судьбы. Не только по отношению ко мне, но и в целом. Если вдруг Юнии удастся переспать с Айгером и предоставить его тело в пользование колдуну, ей придется терпеть своего драгоценного в облике мужчины, с которым когда-то ее связывала если не любовь, то хотя бы секс.

Но если получится иначе, ведь и Айгеру  придется терпеть меня в теле женщины, которую он когда-то любил.

Юниа стояла рядом с Айгером и сияла, наслаждаясь своим триумфом. И то же самое исходило от Йоргиса. Но торжество было недолгим. Как только Айгер объявил, что свадьба откладывается и что Юниа отправится с ним в паломничество, ее общее с Йоргисом моночувство сменилось целым фейерверком негатива.

Гнев, досада, разочарование. Короче, я получила массу удовольствия. Хотя Юниа в качестве невесты Айгера нравилась мне еще меньше, чем раньше.

У него был вполне довольный вид, а вот Юниа до конца ужина сидела рядом и изо всех сил пыталась улыбаться. Но получалось как-то кривовато. Видимо, обдумывала перспективу. И ехать не хочется, и не откажешься. Время от времени она бросала взгляды в сторону Йоргиса, но тот, видимо, решил, что лучше от греха подальше спрятаться в тину, и упорно смотрел в тарелку.

После ужина Айгер подал Юнии руку, за которую та с готовностью уцепилась. Возможно, на что-то рассчитывала, но все ограничилось целомудренным поцелуем в щеку и пожеланием спокойной ночи у двери ее покоев.

- Почему ты больше не зовешь меня Юнной? – игриво спросила она.

- Потому что Юнна осталась в прошлом, - холодно усмехнулся Айгер.