Теща горного короля

Юниа лежала на кровати с запястьями, связанными за спиной полотенцем. Физиономией в одеяло. С таким выражением, как будто готова уничтожить весь свет. Брина стояла у окна и мрачно рассматривала свои в кровь разодранные руки.

- Очень сожалею, тарис Айгер, - сказала она без капли сожаления в голосе, - но мне пришлось применить силу. Я росла с тремя братьями, и мы постоянно дрались.

Вместо ответа Брина протянула ему на ладони лезвие от мужской бритвы.

- Прекрасно, - зло усмехнулся Айгер. – Что она собиралась сделать? Перерезать вены?

- Не знаю, тарис Айгер.

- Интересно, зачем ей нужна была бритва? Вообще?

- А чтобы ноги брить, - наябедничала я. – Или еще что-нибудь. Дура. Надо было тупой нож брать. Или лучше щипцы каминные раскалить.

- Я думал, ты умнее, - Айгер подошел к кровати и перевернул Юнию, как лиса перекатывает ежа вверх пузом. – Придется везти тебя связанную.

- Ненавижу тебя! – прошипела она, прищурившись по-кошачьи. – Всегда тебя ненавидела. Ты всегда был мне противен.

Это было уже слишком. Сказать такое мужчине, для которого была первой любовью… Кого угодно пробьет насквозь. Айгер молча смотрел на нее, и только стиснутые челюсти и подрагивающие ноздри выдавали его чувства. Разобрать этот клубок на составляющие у меня вряд ли получилось бы.

- Спокойно, - шепнула я. – Может, она тебя и не любила, не знаю, но то, что ты был ей противен – это вранье. Трахалась она с тобой с превеликим удовольствием. Это я точно знаю, уж поверь.

Хоть аналогичного слова в языке Илары не было и я употребила его по-русски, смысл Айгер прекрасно понял и только хмыкнул в ответ.

- Глубоко сочувствую, - сказал он Юнии. – Ты вообще никого за всю жизнь не любила. И зачем она – такая жизнь, когда всех только ненавидишь?

- Может быть, и ни к чему, - она с трудом села, продолжая в упор смотреть на него. – Но она моя! Ты можешь меня казнить – это твое право. А я могу делать с собой то, что сочту нужным. Это – мое право. В том числе не отдавать добровольно свое тело твоей подстилке.

- Закрой рот! – очень спокойно посоветовал Айгер. – Пока не пожалела о том, что на свет родилась.

- А что ты мне сделаешь? – Юниа нахально выпятила губу. – Ведь я вам с ней нужна целая и невредимая, разве нет? Не надейся.

- Посмотрим, - Айгер прищурился так же, как она.