Тест на измену (СИ)

В том смысле, что у меня есть ощущение, будто мы с ней что-то упустили. Последние два месяца, с тех пор, как она пришла работать к нам в фирму, я периодически задаю себе вопрос: что бы было, если бы мы с Ренатой все-таки замутили в студенчестве? Она никогда не была для меня всего лишь одной из девушек, с которыми можно легко провести время. Наверное, поэтому я так и не протянул к ней руку. Понимал: просто замутить, переспать не получится. А на что-то серьезное, наверное, я тогда не был готов.

Не менее любопытен и тот факт, что Рената тоже не делала ко мне поползновений.

Она даже о своей симпатии мне не заявляла. Я понимал это сам. Может, я подсознательно ждал шага от нее? Но так за четыре года учебы и не дождался. Интересно, почему Рената ничего не предприняла, раз я ей всегда нравился?

Помню, у нее был парень на втором курсе и немножко на третьем. Он учился на факультете лечебного дела. Понятия не имею, где Рената познакомилась с врачом, но их отношения были довольно серьёзными. Рената тогда намного меньше стала с нами зависать.

Я иногда даже обижался, что она динамит мероприятия группы. А потом они из-за чего-то расстались и до конца универа у Ренаты больше никого не было.

Она как хорошее вино. Мой мужской глаз не может не замечать, что Рената стала краше, женственнее. В универе она была худощавой студенткой в бесформенном оверсайзе. Теперь на ней вся одежда по фигуре, хорошо подчеркивающая округлые формы. У Ренаты определенно есть, за что подержаться, вдруг возникает мысль, и я сам удивляюсь, что думаю о таком.

— Помнишь, как мы в ту поездку тусили по барам на Рубинштейна? — ее голос перебивает пошлые мысли в моей голове.

— А теперь кто-то другой и моложе тусит там ночи напролёт вместо нас, — замечает с грустью.

— Нам уже тридцатник.

— И что? До пенсии еще далеко.

— Я уже не помню, когда последний раз тусил ночь напролёт. Совершенно точно до женитьбы. Сейчас я максимум могу вырваться в бар с друзьями на вечер.

Недавно ходил, вспоминаю.

И писал Вере, которая оказалась Ариной. Я, безусловно, виноват. В свое оправдание могу лишь сказать, что, протрезвев, устыдился своих сообщений и точно понял, что не хочу изменять жене. Хотя Вера меня зацепила. Не внешностью, а общением, чувством юмора. Почему я не замечал этого в Арине, живя с ней под одной крышей?

Мы просто сильно запутались…

— Звучит тоскливо. Вообще, семья — это, конечно, те еще оковы. Шаг вправо, шаг влево — расстрел. Особенно влево.