— Это не наитие, — мрачно возразила Пруденс. Кажется, дамы забыли о том, что Рауль тоже здесь. — Не больно-то я верю в эту затею, честно тебе скажу. Но вроде как женщины нашей семьи бессильны перед любовью.
Он ухмыльнулся, довольный ее прямотой. Все правильно. Пруденс влюблена в Рауля. За кем там была замужем Маргарет — кому какое дело.
— Скажи мне только одно, — Леклер наклонилась и взяла ее за руку. — Жозефина знает?
— Еще нет. И я бы хотела попросить тебя взять на себя эту миссию. Видишь ли, меня она категорически не хочет видеть.
Пожалуйста, Констанция, — она почти умоляла, как больно такое слышать! — расскажи ей все завтра.
— Ни за что, — отрезала виконтесса.
— Конечно, — Пруденс поникла, — я понимаю… Кому захочется оказаться внутри такой драмы.
— Я навещу ее сразу после церкви, и ни минутой раньше, — закончила Леклер. — Твоя племянница очень деятельная девочка, ни к чему ей давать время, чтобы вмешаться.
— Но что она может?
— Ты шутишь? — изумилась хозяйка дома.
— Как минимум — прервать церемонию.
Она вскочила на ноги, театрально прижала руки к груди и запричитала тонким страдающим голоском:
— Ваше преосвященство, остановитесь! Этому браку есть законное препятствие. Граф Рауль Флери дал мне тайное обещание стать моим мужем, и Маргарет Ортанс Пруденс Робинсон прекрасно об этом знает! Моя тетя, моя опекунша запретила нам объявлять о помолвке, а теперь сама выходит замуж за человека, связанного словом с ее племянницей! Это обман перед церковью и людьми!
Чем дольше она она тараторила, тем большим ужасом наливались глаза Пруденс.
— Довольно, — вмешался Рауль. — Разве вы не видите, что пугаете невесту?
— Священник обязан будет отложить венчание до выяснения обстоятельств, — возвращаясь на место, закончила Леклер. — Так что самое лучшее время для откровений — сразу после свадьбы, но до того, как слухи разлетятся по городу.
— Какая же унизительная роль у меня в этой истории, — пробормотала Пруденс, прижимая ладони к пылающим щекам.
— Выше нос, моя дорогая. Зато ты получишь самого красивого мужа в нашем городе!
Она жалобно посмотрела на Рауля:
— Кто мог знать, что дойти до венца так сложно?
А в первый раз проще было? Кем он был, ее рачительный супруг, трудолюбивым виноградарем?
И новый вихрь ревности закрутил Рауля до темноты перед глазами.
Нет, он не удержит в себе этот шторм, и кто знает, к каким разрушениям он приведет.
