Осень в этом году выдалась ласковой и неторопливой, и лишь редкие порывы холодного ветра намекали о неминуемой зиме.
— Кажется, я ввела ранние визиты в моду, — с улыбкой заметила она, откладывая в сторону томик «Истории молодой крестьянки» с розами на обложке. — Ваша светлость, Маргарет! Какой неожиданный дуэт!
Рауль изящно поклонился, целуя ее пальцы. Эта «Маргарет» ножом располосовала его сердце, надменное имя женщины, с которой он не был знаком. Его Пруденс, все еще чуть розовая после возни в экипаже, не имела к ней никакого отношения.
— Прошу прощения, что мы приехали в такое время, — сказал он, усаживаясь на кресло, — но наше дело не терпит никаких отлагательств.
— Правда? Что же такого снова стряслось с семейством Флери? — не без иронии спросила Леклер.
Можно подумать, они какие-то авантюристы, то и дело попадающие в передряги!
— Пруденс? — он предложил ей самой сообщить новости.
Она кивнула ему, кивнула своей приятельнице, села, тщательно расправила юбки, коснулась того места на плече, куда касались его губы, будто ища в этом жесте решимости, и выпалила, не особо-то утруждая себя церемониями:
— Я выхожу замуж послезавтра.
Хочу, чтобы ты стала моей свидетельницей, Констанция.
Леклер не пошевелилась, не потеряла легкости своей улыбки и благожелательности, ее тонкие ноздри едва заметно раздулись, вот и все."
"— Какое приятное известие, — медленно проговорила она и впилась пронзительным взглядом в Рауля. — И кто же счастливый избранник, позвольте узнать?
Он снова поклонился, пусть ему и не нравилось, что его изучают как бабочку на булавке.
— Послезавтра Пруденс станет графиней Флери, — подтвердил он догадки Леклер.
— Я не слышала троекратного объявления на этот счет.
— Его преосвященство счел возможным не терзать влюбленного жениха длительным ожиданием.
— Ах вот как. Для меня будет честью присутствовать на столь знаменательном событии, Маргарет.
И поскольку она все еще не спускала глаз с Рауля, Пруденс кашлянула, привлекая к себе внимание.
— Это всё? — спросила она едва не возмущенно.
— А как же долгие тирады о том, что из повес выходят дурные мужья?
— Для молоденьких дурочек вроде Жозефины, — Леклер звонко рассмеялась и наконец обратилась к невесте, оставив жениха в покое. — Нет ничего, что я могла бы тебе сказать и чего бы ты сама не знала, моя дорогая. И коли уж ты сочла его светлость пригодным в мужья, то так тому и быть. Не самый удачный выбор, на мой вкус, но мне остается лишь довериться твоему наитию.
