The Мечты. Бес и ребро

Потому что у вас заявлена какая-то Адамова, а я – никакая не Адамова.

Все свои угрозы она произносила таким тоном, что Юхимович обязательно должен бы был испугаться, если бы давно не привык к театральной братии, которая страсть как любила устроить представление и в жизни. Но вместо ужаса, который она рассчитывала в нем пробудить, пробудила лишь легкое раздражение. Потому следующим, что сказал ее непосредственный начальник, было буквально следующее:

- То есть вы тверды в своем намерении избавиться от сценического имени и взять другое, по мужу?

- Естественно! – фыркнула Стеша.

- Вы понимаете, что в вашем конкретном случае это даже серьезнее, чем ответить согласием в ЗАГСе во время регистрации брака?

- Да! И именно поэтому я здесь!

- Тогда вы должны понимать еще и то, что это Стефании Адамовой многое позволено и прощаются всяческие огрехи в поведении. А Стефания Малич – особа, которую вообще никто не знает, и носиться с ней никто не собирается.

- А еще Стефания Адамова получала львиную долю своей заработной платы исключительно за имя, которое почти что бренд.

Поскольку госпожа Малич – нифига не бренд, то и зарплата у нее будет соответствующая, - продолжал давить Юхимович. Но Стеша держалась. Подняла подбородок повыше и решительно провозгласила:

- Если вы считаете, что это будет справедливо, то кто я такая, чтобы препятствовать!

Реплику ее Юхимович оценил. Даже кивком головы выказал одобрение. А после «добил» самым решительным тоном:

- Ну и, в конце концов, Стефания Адамова бралась на работу в театр с определенной целью – играть главные роли в наших ведущих постановках, чтобы привлекать к ним внимание.

А к чему внимание может привлечь Стефания Малич? Решительно ни к чему. Никому она неизвестна. Никому не интересна. Потому, кажется, настало время пересмотреть нашу политику в распределении ролей.

Теперь настала очередь Стефании Яновны оценивать удар противника. И его она оценила. Решила, что вомбатов надо спасать уже от Юхимовича. Скрестила на груди руки, негромко фыркнула и спокойно проговорила:

- Ну рискните, Георгий Карпович.

Рискните. Я с удовольствием на это посмотрю.

И Георгий Карпович сдулся. Лицо его скисло, и он слегка обмяк в кресле.

- То есть вот так настроена, да?

- Давай после праздников. Выручку на новогодних спектаклях сделаем – и сменим. Христом богом тебя прошу!

- После праздников так после праздников, - решила проявить лояльность и покладистость Стефания Малич и улыбнулась.