The Мечты. Бес и ребро

Теперь это был день традиционного похода в баню в дружеском коллективе, сплоченном вот уж который год.

Сегодняшняя же пятница, хоть и отсвечивала пресловутым тринадцатым числом, но безусловно должна была сложиться удачно.

В этом Андрей Никитич нисколько не сомневался, уверенно рассекая спокойную гладь моря и щурясь от искрящегося в воде солнца в начале шестого утра. Он плавал по утрам лет с четырнадцати и почти круглый год. Лишь изредка, когда зима выпадала особенно суровой, он вынужденно отказывался от своей привычки.

Но в последнее время это случалось все реже и реже. «Потепление климата!» - вдохновенно вещали СМИ, цитируя всевозможных ученых и их всевозможные исследования.

Впрочем, данная проблема не волновала Андрея Никитича от слова «вообще». Куда важнее было вернуться домой, принять душ и приготовить завтрак для Юльки. Ее явление в отчий дом, где она не показывалась с прошлой осени, всполошило тихую жизнь отца, в которой он пребывал два месяца – с тех самых пор, как Женя переехала к своему Моджеевскому.

Снова.

Следующим хорошим моментом в активе сегодняшнего дня, безусловно, было возвращение японца. Спасибо умельцу, к которому Андрей Никитич водил своих железных коней уже не первый десяток лет. Руками этого талантливого автомобильных дел мастера бампер японца был заклеен, отполирован и покрашен. И после завтрака машину можно будет забрать. Что придется как нельзя кстати, потому что в полдень этой замечательной пятницы, пусть и тринадцатого, Женьку с самой младшей представительницей их семейства выписывают домой.

Пока же часы на торпеде показывали 11-30, японец уверенно двигался по городским магистралям, потому что соответствующие службы сумели кое-как наладить автомобильное движение в сложившихся условиях асфальтоукладочной кампании, и это значительно сократило объем городских пробок, а в соседнем кресле, традиционно уверенно, Юлька вещала обо всем на свете, как умела она одна. Вроде, и чепуху – но с видом умудренной опытом старухи.

- Ну короче, я тогда так грохнулась – до сих пор копчик побаливает.

Поднимаюсь. Смотрю на аудиторию. Они даже не дышат! Будто боятся, что я шею сломала. А я понимаю, что это капец смешно... и что все равно будут ржать... И представь себе, я упала – а они будут ржать. Ну я первая и начала. Как расхохоталась на весь кабинет, они, кажется, еще больше испугались. А потом уже смешки пошли. В итоге к паре рыдали все от смеха. Еле успокоились. А копчик – до сих пор болит!

- Ты совсем с ума сошла, мелочь? – запыхтел папа.