The Телки. Повесть о ненастоящей любви

— Это кто? — мрачно интересуюсь я.

— Не обращай внимания, колхозница одна. Приехала в кино сниматься. — Антон отпивает из бокала, отодвигает его и морщится. — «Asti» вместо шампанского принесли.

— Естественно, она же все равно не разбирается.

— Не зарубайся, я ее знаю всего неделю. Ну тупая, ну колхозница, но очень красивая, согласись!

— Главное, чтобы она тут умничать не начала. — Я приканчиваю «Bacardi».

— Она в принципе не напряжная. Через час еще подруга ее приедет.

— Это еще зачем? Называется, собрались узким кругом!

— Да что случилось-то? Чего ты быкуешь? Ну, будут с нами две незнакомые молодые телки, одна из них для тебя, между прочим.

— Да не хочу я никаких телок, надоели! Я с вами хотел посидеть.

— Я тебя не узнаю. То шустришь, как член на ножках, то впадаешь в женоненавистничество.

— Неприятности одни.

Вика возвращается из туалета не одна. Вместе с ней идет девушка в узких брюках, обтягивающей водолазке и золотистых сапогах. Впечатление такое, что сначала идут губы, а потом пришитая к ним девушка.

С другой стороны, от входа, к нашему столу подходит Ваня. И тут «фулл-хауз», — думаю я.

— Знакомьтесь, это Таня, — представляет подругу вика.

— А это Ваня, — хором произносим мы, указывая на него.

— Я Андрей, — тихо говорю я, тыча себя пальцем в грудь.

Приземлившись за стол, все немедленно заказывают выпивку, чокаются и начинают обычный светский треп ни о чем, с закатыванием глаз и кокетством. Ваня быстро ориентируется, что Вика пришла с Антоном, и принимается каждые пять минут отвешивать громоздкие комплименты Тане (пользуется моим бездействием, скотина!).

Таня уже не знает, каким плечом передернуть, насколько шире растянуть губы в улыбке и сколько раз дозволительно приличной девушке хлопать накладными ресницами. Судя по внешнему виду и манере поведения, она относится к тем умницам, которые начинают придумывать имена вашим будущим детям, если при встрече ты говоришь ей, что она хорошо выглядит, а на вопрос, «как тебе понравилась выставка картин Рериха?» отвечает что-нибудь вроде «вообще нормально так». Они мило щебечут, а мне хочется молчать еще как минимум сутки. Они стараются, чтобы на них обратил внимание весь ресторан, а я мечтаю спрятаться под стол и сидеть там, пока все не разойдутся.

— Вы — писатель? — Она широко распахивает глаза.

— Нет, я наборщик в типографии, — сухо отвечаю я.

— А для меня вся литература в последнее время — сплошные чеки да ресторанные меню. — Девушки заливаются смехом и дружно теряют ко мне интерес.