Тиберианец

По связи было слышно, как тяжело дышит Ронг.

— Вижу Хашта! — внезапно рыкнул норл. — Он ранен, истекает кровью! Логры пригвоздили его стене! Наверное, он отстал и попытался сам добраться до системы управления! Глеб, что нам делать?!

— Сможешь его вытащить?

Тем временем терраформеры начали отступать от портала. Горы рыхлой породы, с тысячами вкрапленных в нее кристаллов, теперь возвышались сплошной грядой.

Десятая минута истекла.

У Глеба осталась последняя надежда. Неизвестно сколько сбоев способны выдержать логры, но обитающие в них древние сущности наверняка смертельно напуганы.

Миф об их неуязвимости развенчан. Возможно, они будут более сговорчивы, и смогут повлиять на мнение остальных?

Со стороны базы РТВ вновь полыхнул одиночный запуск.

«Озеро Тьмы» выплеснулось из берегов. Мгла поглотила отвалы грунта, а когда она схлынула, Глеб увидел тысячи сущностей, выбитых из кристаллов искажениями пространства и времени.

Логриане не пошли на его условия. Каким-то образом они успели переместить в подвергшиеся атаке кристаллы человеческие матрицы сознаний!

Фрайг… Что же я наделал?!.

Глеб обхватил голову руками. Он видел, как некоторые из сущностей распадаются, попав под выбросы искажений, но не мог помочь им, не мог исправить содеянного.

Тьма кипела, окно гиперкосмоса теряло стабильность. Обломок планеты неумолимо приближался, — его предвестники уже сгорали в атмосфере Первого Мира…

В первый момент Урман не понял, что происходит. Его искаженное сознание выбило из кристалла.

Потребовалось болезненное волевое усилие, чтобы сохранить целостность нейроматрицы, удержать ее в призрачной структуре.

Восприятие наконец прояснилось. Взгляд, брошенный по сторонам, едва не свел с ума. Окно гиперкосмоса, открытое много лет назад, по-прежнему зияло в теле планеты, хотя по всем расчетам оно должно было разрушиться спустя несколько месяцев после прыжка крейсера «Тень Земли» в другую Вселенную.

Урман был причастен к тем событиям и сейчас вполне осознавал смысл увиденного.

Это ведь он замкнул кольцо силовых установок, давая возможность тиберианцам избежать грозящего им полного уничтожения. Реактор, который он использовал, не мог протянуть так долго…

Вокруг творилось нечто неописуемое.

Урман знал, насколько опасны энергетические сущности недавно погибших существ. Их век недолог, поступки, продиктованные травматической памятью, спонтанны, а возможности причинить вред, — огромны.