Тиберианец

Позавтракать успел? — норл бесцеремонно перешагнул порог и в небольшой комнатушке сразу стало тесно.

— Поем по дороге. Хашт идет с нами?

— Да, с нами. Твой автопереводчик туповат.

Глеб экипировался, стараясь побыстрее закрыть элементами брони аспирианские шунты, привычно обвивающие обе руки от плеча до локтя.

Привычно? — он поймал себя на парадоксе мимолетного ощущения.

Да, не прошло и нескольких дней, а я уже привык к ним, словно использовал всю жизнь…

— Ну, ты готов? — норл вел себя нетерпеливо.

На улицах городка еще царила сонная тишина. Хашт поджидал их подле открытой аппарели «Пристанища». Глеб с удивлением заметил, что инсект экипирован не хуже чем он, — поверх хитина бронежилет и «разгрузка» явно человеческого производства, на ногах стоптанные ботинки, в руках (или все же лапах?) «АРГ-8» с потертым пластиковым прикладом.

— В руинах поселка действительно так опасно? — спросил Глеб, когда норл, подойдя к груде металла (после крушения крейсера такого добра хватало повсюду), подобрал увесистую керамлитовую стойку и ловко крутанул ее, примеряясь к весу импровизированного оружия.

— Всякое бывает. Обычно Хашт загодя чувствует разное зверье, но дубинка лишней не будет. Не люблю драться с голыми руками.

— Говорят норлианское оружие очень мощное, по сравнению с человеческим.

— Угу, — согласился Ронг. — Только боеприпасов к нему уже не сыщешь.

— Сам подумай. Люди тут веками жили. А мы прошли в Первый Мир четыре Смещения тому назад.

— Ясно. Уразумел, — Глеб, шагая по улице в обществе разумного насекомого и великана-норла, ощущал подсознательную тревогу. Раньше так долго и тесно контактировать с чужими ему не приходилось. — Ну, а ты? — он обратился к инсекту. — Разве твоя раса не насчитывает миллионы лет истории? Где ваши уникальные достижения?

В ответ что-то леденящее коснулось рассудка юноши. Он вдруг ощутил себя слабым и ничтожным, но неприятное ощущение тут же схлынуло.

— Вот наше оружие, — проскрежетал Хашт.

— Мы называем это «ментальным полем».

— Значит ты можешь воздействовать на любое существо? Подчинить его своей воле или парализовать? — допытывался Глеб.

— Нет. Не могу. К сожалению.

— Тогда это не оружие.

— Ошибаешься. Не понимаешь нашей природы. Чтобы создать ментальное поле нужно много особей. Мы — общественный разум.

— А один разумный инсект ничего не может?

— Я — инструмент выживания.