Тиберианец

— Вроде бы успокоились, отстали, — немного помедлив, сообщил инсект.

— Ладно, хомо. Мы скоро вернемся, — норл, все еще горбясь после тяжелых физических усилий, устало зашагал к открытой аппарели «Пристанища». Хашт бодро засеменил вслед за ним.

Глеб отвязал веревку от буксировочной проушины, смотал ее в бухту, положил в багажник, мельком взглянув на серва и загадочную сферу. Нет, ремонтного робота активировать пока не буду. Попробую сам завести.

Он открыл капот. Внешне двигатель выглядел неповрежденным.

Все кожухи на месте, нет пустующих креплений. Крышка отсека элементов питания легко снялась с фиксаторов, обнажив уже знакомую ячеистую структуру энергоблока.

Микроядерные батареи со щелчком встали на свои места.

Глеб понятия не имел, как именно устроена силовая установка «Гесселя», — он мог лишь надеяться на лучшее, не понимая, что энергоблок служит лишь для запуска, а затем играет роль накопителя энергии, вырабатываемой электрохимическим генератором, внутри которого происходит реакция окисления водорода, производящая электроэнергию, азот и водяной пар.

Глеб не задавался вопросом, где брать топливо? Есть ли у флайкара баки с водородом и как пополнять его запас?

На самом деле за чаяниями юноши незримо стояли тысячелетия технической эволюции. Двигатель «Гесселя» был разработан на Корпоративной Окраине. Источником водорода для него служили компактные твердые топливные элементы, запаса которых хватало на весь срок эксплуатации. Флайкар не нуждался в дозаправках.

В него конструктивно заложили ресурс, рассчитанный на 200–250 тысяч километров пробега, после чего машина подлежала утилизации.

Закрыв капот, Глеб уселся в кресло водителя и с замиранием сердца коснулся сенсора «запуск двигателя».

Ничего не произошло.

В первый момент он испытал жесточайшее разочарование, граничащее с отчаянием, как вдруг с небольшой задержкой мягко осветились приборные панели, а на контрольном дисплее появились надписи:

Так вот почему чужие не смогли использовать флайкар, а только забрали из него микроядерные батареи, являющие неоспоримой ценностью!

Получается в системе «Гесселя» установлена защита, и им могут управлять только люди?!

Вкрадчивая, едва ощутимая дрожь корпуса ознаменовала запуск двигателя.

После долгого простоя контрольные пиктограммы зардели алым, затем цвет их индикации сменился на тускло-зеленый, а вскоре большинство сигналов исчезло, оставив в поле зрения лишь необходимый минимум информации.