Тиберианец

Возможно он бы поддался искушению, но норл и инсект уже возвращались. Видимо они не стали ужинать, а запаслись провизией впрок, рассчитывая поесть по дороге.

— Давай закину в багажник, — Глеб снял куртку, намереваясь прикрыть ею серва и сферу.

Норл не стал спорить, отдал ему мешок с пожитками, а сам, кряхтя, полез на заднее сидение, благо габариты «Гесселя» это позволяли.

Инсект уселся в переднее пассажирское кресло.

— Пристегнись, — посоветовал ему Глеб, показывая как это нужно сделать. — Ронг, далеко до тоннеля?

— День ходьбы.

Глебу совершенно не хотелось на Равнину Порталов.

— Уговор, сразу за тоннелем я вас высаживаю и еду назад, — напомнил он.

Норл молча кивнул, подтверждая заключенную ранее сделку.

Логрианская дорога мягко стелилась под колеса.

Флайкар двигался на приличной (для начинающего водителя) скорости, — световой индикатор подрагивал у отметки 60 километров в час.

Глеб старался изо всех сил. Ему нужно было почувствовать габариты машины.

«Гессель» пока еще не выехал за пределы котловины, дорога шла в гору, свет фар резал мрак, прохладный ночной воздух врывался в салон через приспущенное боковое стекло, норл и инсект нервно притихли, — им, как и Глебу, поездка на такой скорости была в новинку.

Несмотря на отключенный автопилот автоматика флайкара все же принимала участие в управлении, ненавязчиво исправляя грубые ошибки Глеба, — в некоторые моменты он явственно ощущал, как срабатывают сервоприводы, слегка доворачивая штурвал в нужную сторону, или вдруг помимо его воли менялась скорость движения, делая маневрирование более плавным, либо более энергичным, в зависимости от ситуации.

Минут через тридцать, когда огни городка скрылись в туманной мгле, он притормозил, уходя к обочине.

— В чем дело? — забеспокоился норл.

— Мне надо передохнуть.

Водительская дверь прошелестела приводом, Глеб выбрался наружу, прошелся, разминая ноги.

Его переполняли острые впечатления. Никогда раньше он не водил машину, а уж тем более ночью. Глаза устали, но невероятное моральное напряжение понемногу отпускало, оставляя восторженное послевкусие. Он действительно обрел иную, еще до конца не осознанную степень свободы. Пройдя несколько шагов, Глеб оглянулся. Габаритные огни флайкара скупо освещали контур машины и несколько валунов, скатившихся со склона.