Тиберианец

Глеб машинально прибавил скорость, когда несколько особо длинных «щупалец» мазанули по лобовому стеклу, оставляя след из слизи.

Флайкар прорвался и вскоре скопления хищных организмов остались позади. Норл притих на заднем сидении. Высунуться из люка и контролировать обстановку больше не казалось ему хорошей идеей.

Под колесами что-то похрустывало. Наверняка многие путники, пытавшиеся пешком преодолеть тоннель, нашли здесь мучительную смерть.

— Смотрите! — Глеб невольно сбросил скорость.

На почвенном слое, образованном различными останками, прижились удивительные светящиеся растения невиданной красоты.

Разнообразие их форм поначалу казалось немыслимым, пространство вокруг флюоресцировало, волны свечения перетекали по нитевидным структурам, выхватывая из мрака ажурные сплетения, источающие разноцветные ауры.

На самом деле это был единый организм, состоящий из миллионов переплетенных между собой побегов, каждый — не толще волоса. Трехмерные участки «паутины» вспыхивали и гасли, мерцали, образуя причудливые фигуры, сбивая с толка, дезориентируя, лишая чувства направления, и лишь нервное попискивание лазерных дальномеров, да показания навигационного дисплея позволили Глебу справиться с управлением.

Через некоторое время фантастически красивые и наверняка — крайне опасные заросли остались позади, а логрианский тоннель снова погрузился во мрак.

«Гессель» плавно притормозил.

— Выйду размять ноги.

Воздух сквозил сыростью, нес тревожащие запахи. Стоило вылезти из машины, как поначалу навалилась ватная тишина, в которой постепенно стали проявляться отдаленные, стушеванные расстоянием звуки: невнятный перестук, сливающиеся в низкочастотный гул непонятные отголоски, с которыми контрастировал резкий, появляющийся временами посвист ветра, — наверняка где-то поблизости располагались вспомогательные тоннели, где время от времени возникала сильная тяга.

— Хомо, ты чего? — норл тоже выбрался из флайкара, настороженно осмотрелся. В свете фар искрились скопления каких-то полупрозрачных кристаллов.

Они явно не принадлежали к сумме логрианских технологий, выглядели студенистыми.

— Быстро устаю с непривычки, — честно признался Глеб.

— Сколько уже проехали?

— Всего тридцать километров.

— Не нравится мне этот гул. Словно впереди идет бой. Хотя эхо искажает звуки… Это может оказаться чем угодно.

— И как действовать, если что?

— Прорываться на скорости. Сможешь?

— Постараюсь, конечно.

— Ты главное запомни, здесь нам незачем с кем-то связываться.