Тиберианец

Они контролировали тоннели, ведущие сквозь горный массив, пока их не потеснили тиберианцы.

Хашт остановился подле сожженной машины имшитов. Одна из пробоин явно использовалась, как вход. К ней вели сходни. Внутреннее пространство кто-то переоборудовал, разделив на клетушки.

— Иди сюда. Не бойся.

— Да я и не боюсь, — Глеб полез внутрь инопланетной конструкции, освещая путь при помощи кибстека.

Ничего примечательного. Ржавые прутья повсюду. Очевидно тут держали пленников?

Протяжно скрипнула дверь.

Глеб послушался, вошел в одну из клетушек.

На замызганном полу валялись человеческие останки. В основном кости, — плоть давно истлела.

В углу он заметил череп. Именно он и заинтересовал инсекта.

— Смотри, — палец Хашта коснулся тускло блеснувшей овальной пластины, усеянной разъемами. — Это имплант. Такими раньше пользовались все хомо. Он дает возможность устанавливать связь между мозгом человека и кибернетическими устройствами.

Глеба пробила непроизвольная дрожь.

— Он самовживляемый… — продолжил инсект.

— Откуда тебе знать?!.. — оборвал его Глеб.

— Память Семьи, — невозмутимо повторил Хашт. — Вернее, ее фрагмент, который поможет нам выжить. Но использовать ли имплант или же дать Ронгу умереть, — это твой выбор. Решай, а я подожду снаружи.

Вот так внезапно изломилась судьба, поставив перед жутковатым выбором.

Глеба лихорадило. Даже боль от ранения притупилась.

Тусклый свет, источаемый кибстеком, озарял скупую обстановку узилища. В углу клетушки валялся фрагмент тиберианской брони.

На одном из ржавых прутьев виднелась глубокая потертость, — пленник не сдавался, пытаясь вырваться на свободу. У него отобрали все, кроме одежды и вживленных устройств.

Глеб присел на корточки. Происходящее стало настоящим испытанием для психики. Среди останков он заметил тусклый блеск металла и, преодолев вполне понятную робость, подобрал два одинаковых с вида девайса.

Сканер кибстека скользнул по ним, отчитался:

Спрятав находки в кармашек экипировки, Глеб дрожащими от напряжения пальцами коснулся человеческого черепа.

Казалось что пустые глазницы истекают тьмой, заглядывают в душу, спрашивая: на что ты готов, юнец?

Устройство выглядело зловещим. Принцип его действия лежал за гранью понимания. Что произойдет если я им воспользуюсь?

«Хомо, не хочу тебя торопить, но Ронгу стало хуже», — коснулся рассудка мнемонический шепот инсекта.

Подбородок Глеба невольно дрогнул. Было страшно и одиноко.